|
остальных его воспитанников. По его инициативе в школе был создан туристический клуб, активистами-инструкторами в котором стали ребята-туристы. Большинство их одноклассников тоже стали членами клуба. Общее дело сплотило школьников, и в скором времени особо заметную роль в общественной жизни класса стали играть члены той самой в недавнем прошлом малочисленной дружеской компании. Именно они стали ядром коллектива. Постепенно нормы подлинного товарищества и взаимопомощи, принятые в их среде, стали основной формой взаимоотношений большинства школьников. Понятно, что подобные кардинальные изменения в системе межличностных отношений класса не замедлили положительно сказаться и на учебе. В той или иной мере ощущение единства является отличительной чертой взаимоотношений в любой неформальной группировке учащихся. Но и близость интересов членов этой группы, и их удовлетворенность характером межличностных отношений в ней являются недостаточным, хотя и необходимым, основанием для того, чтобы говорить об истинном коллективизме. Ощущение общности членов дружеской компании, как правило, являющееся важной основой позитивного личностного развития школьников, в условиях неофициальных группировок с отрицательной направленностью способно переродиться в сознание собственной избранности, оказаться всего лишь оборотной стороной чувства отчужденности от других людей. Так, например, в одной языковой спецшколе сложилась компания старшеклассников, в совершенстве владевших английским языком. В основном это были ребята, прожившие по нескольку лет за рубежом, где по роду своей работы находились их родители. Что касается учебы, то у педагогов к ним не было претензий. Более того, именно эти учащиеся успешно защищали честь школы на различных конкурсах и олимпиадах. Но в их отношении к одноклассникам и даже к учителям чувствовался неприкрытый снобизм, некоторая пренебрежительная снисходительность, ощущение собственного превосходства. Проблемы коллектива не волновали этот «избранный круг», правила и нормы поведения, принятые в школе, воспринимались как необязательные. В этой компании царили свои законы, господствовали свои ценности. Любое вмешательство в их дела, предъявление кому-либо из них общепринятых, справедливых требований вызывало негативную реакцию. Группа еще теснее сплачивалась, чтобы отстоять свою автономию, члены компании проявляли грубость и агрессивность, организовывалась круговая порука. Такая группировка неизбежно становится замкнутым, душным мирком, воспринимающим все, что находится за его пределами, как враждебное, таящее опасность самому его существованию. При этом взаимоотношения в подобном сообществе (хотя некоторое время все и может выглядеть благополучно) обречены на неминуемое разрушение. Противопоставление, «мы — — 174 —
|