Человеческие качества

122

просто нелепо говорить о подобных вещах применительно к живому, динамичному обществу. Так что это обвинение не стоило даже того, чтобы на него отвечать.

Я считаю, что первый проект Римского клуба полно­стью достиг тех целей, которые перед ним ставились. К числу факторов, способствовавших его успеху, следует отнести и привлекательность новизны. Дерзость группы молодых ученых, осмелившихся впервые в истории проде­монстрировать действие всего человеческого мира с по­мощью совершенно новой, неизвестной доныне методики, в такой же мере импонировала широкой публике, в какой поразила научные круги. Предлагаемый «новый взгляд» на человеческую систему сопровождался комментариями, что «МИР-3» не более чем прототип, со всеми свойствен­ными прототипам недостатками и несовершенствами, а это звучало весьма заманчиво, обещая более интересные результаты впереди.

Обыватель уже к тому времени имел возможность про­чувствовать общность жителей Земли, наблюдая человека па поверхности Лупы. Теперь благодаря молодым ученым маленький человек смог воочию увидеть мировые лаби­ринты, где, запутавшись в мрачных проблемах, блуждало человечество, и начал надеяться, что найдутся другие люди и — с помощью других машин и других методик — в конце концов вызволят его из беды. Вот почему я счи­тал, что многие рядовые люди, лишь понаслышке знав­шие доклад о пределах роста, тем не менее увидели в нем, в отличие от некоторых весьма изощренных его толкова­телей, гораздо больше зачатков надежд, чем мрачных про­рочеств. Ведь известно, что своевременное предупрежде­ние заболевания приносит здоровье.

Так или иначе, но поток человеческого сознания начал менять русло. Не вызывает никакого сомнения, что эко­номический рост и повышение уровня жизни сохраняют первостепенное значение для многих районов мира, одна­ко параллельно с этим определенное доверие начал посте­пенно завоевывать и тезис Римского клуба о достижимо­сти этой цели лишь при условии коллективных усилий всех стран и общем равновесии системы. Сейчас изобилие, выходящее за определенные пределы, уже не считают безусловным синонимом прогресса и счастья, основной предпосылкой мира и порядка, альфой и омегой всего. Ни один здравомыслящий человек больше не верит, что ста-

123

рая добрая матушка Земля может выдержать любые тем­пы роста, удовлетворить любые человеческие капризы. Всем уже ясно, что пределы есть, но каковы они и где именно находятся — это предстоит еще выяснить. Рас­крепощенное человеческое воображение вызвало бурный расцвет семантических способностей. Так появились де­кларации о гуманизированном росте, или необходимости перехода от общества потребления к обществу сохране­ния, или, наконец, призывы к сбалансированному росту. Широкое распространение получил вопрос о конечных целях роста. Наряду с этим все чаще стали задавать и другой вопрос — о желательности и достижимости устой­чивого состояния общества. Проходит время, и дебаты становятся все более аргументированными и плодотвор­ными, постепенно распространяясь на все новые и новые области. Концепция роста постепенно уступает место кон­цепции развития. Доклад Медоуза и Римский клуб поло­жили начало этим дискуссиям, но лишь через годы можно будет полностью оценить их вклад в переориентацию че­ловеческого мышления. События между тем развивались весьма бурно, и мы столкнулись лицом к лицу с такими нехватками и трудностями, о которых не могли ранее и предполагать.