|
Если заказывать шубу, то пожалуйста без Вишневского. Этот так важно держится в магазинах, что дерут всегда втридорога… И кстати сказать, Вишневский не прислал мне за все время ни одного письма, знать я его не хочу. Мать очень обрадовалась твоей карточке, только слово «кривоглазая» ее немножко шокировало. Ветер. Прохладно. У нас в доме затоплены почти все печи. Видишь, какие длинные письма пишу я тебе! Что ты на это скажешь? Ах, лошадка, лошадка, ведь я еще ни разу тебя не бил кнутиком, а только и знаю, что ласкаю. Обнимаю тебя, целую и еще раз обнимаю. Твой А. Твое письмо* с фотографией опоздало дня на три, очевидно, кто-нибудь протаскал в кармане. На конверте: Москва. Ольге Леонардовне Чеховой. Петровка, д. Коровина, кв. 35. Книппер-Чеховой О. Л., 30 октября 1903*4221. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ 30 октября 1903 г. Ялта. 30 окт. 1903. Вот видишь, на какой бумаге я пишу тебе*, лошадка! Насчет выбора меня в Общество любителей словесности я ничего не понимаю*. Если выбрали в председатели, то почему во временные?* Если во временные, то на сколько времени? А главное, я не знаю, кого я должен благодарить, кому написать*. Получил на днях извещение*, написанное плохим почерком, за подписью какого-то Каллаша, написанное не на бланке, очевидно не официально, а как зовут этого Каллаша и где он живет – неизвестно, и я до сих пор еще не написал благодарности за выборы. Станиславский будет очень хороший и оригинальный Гаев*, но кто же тогда будет играть Лопахина?* Ведь роль Лопахина центральная. Если она не удастся, то, значит, и пьеса вся провалится. Лопахина надо играть не крикуну, не надо, чтобы это непременно был купец. Это мягкий человек. Грибунин не годится, он должен играть Пищика. Храни вас создатель, не давайте Пищика Вишневскому. Если он не будет играть Гаева, то роли другой ему нет у меня в пьесе*, так и скажи. Или вот что: не хочет ли он попробовать Лопахина? Буду писать Конс<тантину> Сергеевичу, от него я вчера письмо получил*. Сегодня в «Гражданине» бранят* Художеств<енный> театр за «Юлия Цезаря». Вчера было расстройство желудка, без причины, сегодня ничего. Если Москвин хочет играть Епиходова, то очень рад. А Лужскому что тогда?* Подумаю немножко и, пожалуй, приеду в Москву; а то как бы Немирович не роздал роли из политических соображений Андреевой, О. Алексеевой и проч*. Мне скучно, работать не могу. Погода пасмурная, холодно, в комнатах чувство печей… Оказывается, напрасно я спешил с пьесой. Мог бы еще месяц повозиться с ней. — 183 —
|