Человеческие качества

Я пришел на «Фиат», когда был еще совсем молод, и тоже работал там, не жалея сил, заключал контракты, завоевывал рынки, воспитывал персонал и добывал при­были в самых различных уголках мира. В то же время я был не совсем обычным администратором и не вполне «вписывался» в аппарат компании. Проявив независи­мость взглядов в годы Сопротивления, я упрочил за­тем свою самостоятельность в ходе создания отделения «Фиата» в Латинской Америке (не копируя при этом* в точности структуры головной фирмы). Мои взгляды на то, как надо управлять современной корпорацией, были, воз­можно, слишком современными и неортодоксальными по сравнению с твердым, но консервативным стилем уп­равления, принятым в «Фиате». И многие из моих коллег были бы совсем не прочь от меня избавиться. Валлетта же, напротив, хотел, чтобы я остался. Этим я и восполь­зовался. В дружеских дискуссиях мы без труда пришли к окончательному соглашению о том, что мне предостав­ляется возможность использовать (в разумных пределах) по своему усмотрению определенную часть своего време­ни, при условии что моя побочная деятельность не будет идти вразрез с работой в фирме.

Этот договор сохранил силу и при преемнике Валлет­ты, Джовани Аньелли — члене семьи, контролирующей «Фиат». Аньелли обладал острым, пытливым умом. Буду­чи сам человеком широких взглядов, обожающий путе­шествовать по свету, он легко меня понял. Я глубоко благодарен ему, «Фиату», а также и «Италконсульту», ко­торый тоже потом присоединился к этому соглашению, за ту свободу, которую они мне предоставили. Без этой столь необходимой для меня тогда самостоятельности моя обще­ственная деятельность, к которой я как раз тогда только приступал, была бы существенно затруднена.

61

Прошло немало времени, пока все это действительно заработало, но в тот момент я достиг своей первой цели и мог приступить к поискам путей осуществления своих замыслов.

2. «Адела» — бизнес с благотворительными целями

Мне предоставился благоприятный случай начать дея­тельность в этой области в конце 1962 года. Два прогрес­сивных американских сенатора, Джэкоб К. Джэвитс и Хьюберт X. Хамфри, собирались тогда организовать ком­панию и учредить механизмы управления, которые спо­собствовали бы перестройке частного предпринимательст­ва в Латинской Америке. Меня спросили, не соглашусь ли я встать во главе этого проекта. Идея поиска новых путей развития целого континента привлекла и вдохновила, од­нако меня несколько смутил столь явный акцепт на част­ную инициативу. Проработав всю жизнь в частной про­мышленности, я никогда не разделял ту точку зрения, которая связывает с частными предприятиями разумное и надежное управление экономикой в целом. Я не считал, что неограниченная свобода частного сектора представля­ет собой лучший путь к форсированию экономического развития в Латинской Америке или где бы то ни было еще. Возможно, Италия, лучше, чем любая другая страна с рыночной экономикой, позволяет сравнить преимуще­ства частных, государственных и смешанных предприятий. Уже достаточно давно в моей стране компании, в которых участвует государство, эффективно контролируют деятель­ность в больших секторах экономики, таких, как железные дороги, авиалинии, другие сферы коммунального об­служивания, сталелитейные предприятия, судоверфи, бан­ки п нефтепромышленность; сейчас они активно прони­кают в целый ряд других областей, включая горнодобыва­ющую, химическую, пищевую, цементную, машинострои­тельную и строительную отрасли, стабильно увеличивая свой вклад в общее производство товаров и услуг в стране. Я считаю, что предприятия, контролируемые государством, должны в такой же мере ориентироваться на получение прибылей, как и частные предприятия, и должны и могут столь же эффективно управляться. Экономические резуль-