Психология и методика ускоренного обучения

В психолого-методическом плане отличия от хода учебной дискуссии здесь нет, за исключением того, что в учебной ауди­тории правильность или ошибочность высказываний оценивает обычно преподаватель, хотя многое решают и сами участники семинара в ходе дискуссии.

На научной дискуссии и парламентских дебатах такого, ко­нечно, быть не может: там ведущий только регулирует выступ­ления, избегая прямой оценки какой бы то ни было точки зрения, хотя свое мнение по обсуждаемому вопросу он высказывает, но не более как наравне с другими. Это отличие носит, безуслов­но, принципиальный характер, и понятно, чем оно объясняет­ся: конечно же, целью дискуссии и составом участников.

Здесь приходится подчеркивать сходство и различие ведения разных видов дискуссии для того, чтобы при разработке мето­дики обучения, допустим, народных депутатов ведению парла­ментских дискуссий это было учтено.

Таким образом, обучение диалогической, дискуссионной, по­лемической речи может происходить только в процессе управ­ляющего воздействия ведущего (председательствующего) или обучающего (преподавателя). В процессе управления удается ре­гулировать нацеленность, устремленность содержания речей на предмет дискуссии, придать логическую стройность обмену мне­ниями, делать речи аргументированное (см. схему 33).

Таким образом, речевой деятельности, как и любой другой де­ятельности, нужно и можно учить. Между тем существует мне­ние, что речь не представляет собой самостоятельную деятель­ность. Как считает известный филолог, психолог и психолинг­вист ААЛеонтьев, само словосочетание «речевая деятельность» не терминологично. «Речевая деятельность, в психологическом смысле этого слова, — пишет он, — имеет место лишь в тех срав-

260

нительно редких случаях, когда целью деятельности является са­мо порождение речевого высказывания, когда речь, так сказать, самоценна. Очевидно, что эти случаи в основном связаны с процес­сом обучения второму языку»'. Лидер отечественной психолинг­вистики совершенно прав, отводя собственно речи роль «матери­ала» познавательной и коммуникативной деятельностей, которые только благодаря ей становятся вообще возможны. Поэтому речь «по существу своему не дело индивида, не дело изолированного носителя языка, — пишет он, — это прежде всего внутренняя активность общества, осуществляемая им через отдельных носи­телей языка или, точнее, при их помощи»2.

В принципе полностью соглашаясь с автором, считаю необ­ходимым внести некоторые дополнения или, если угодно, уточ­нения. Конечно, речь выполняет роль посредника между людьми, обеспечивая возможность осуществления ими любой обществен­но значимой деятельности. И в этом смысле она не имеет своей собственной цели и самостоятельного мотива, что и дает осно­вание не называть ее самостоятельной деятельностью (в психо­логическом смысле слова «деятельность»).