Теряя веру

— Зато Артуро за нас молится!.. — с горечью говорит Стефани. — Бог, в которого верю я, не потерпел бы отца, который отворачивается от родного сына!

На последней судебной битве Стефани присутствовали, не считая меня, лишь двое зрителей — ее сестра и зять. Когда слушания закончились, я остановился у

дверей зала суда, надеясь взять комментарий у священника и его адвоката. Победители, улыбаясь, вышли из зала; я остановил их, представился журналистом «Лос-Анджелес тайме» и начал задавать Урибе вопрос.

— Без комментариев! — испуганно вскричала адвокат. — Он не дает комментариев!

— Отец, вы не хотите ответить на мой вопрос? — спросил я.

— Без комментариев! — ответила она за него.

И парочка поспешно скрылась в лифте, явно встревоженная тем, что на слушания попал репортер из Лос-Анджелеса. Несколько минут спустя двери лифта снова растворились. Адвокатесса вернулась в зал суда: там она попыталась уговорить судью закрыть материалы дела для публичного доступа, но судья отказал.

Было бы смешно, если бы не было так грустно! Легко понять, почему Католическая церковь предпочла бы не предавать этот случай огласке. Когда вышла моя статья, даже самые благочестивые прихожане были поражены тем, как бездушно обошлась церковь с незаконным сыном священника, нуждающимся в деньгах на еду и лекарства. (После выхода моей статьи пристыженный орден добровольно предложил Стефани адекватное денежное соглашение.) Не меньше поразило их то, что кардинал Ливада поставил свою подпись под юридическим документом, обвинявшим женщину в «небрежности» за то, что она не предохранялась!

Проблема в том, что меня это больше не поражало. За последние годы, работая с темой секс-скандала, я узнал, что священники, епископы и кардиналы способны на гораздо худшее. И еще до начала суда по делу Урибе прекрасно знал, чем он закончится.

Я шел по улицам Портленда в сгущающихся летних сумерках, чувствуя, что дошел до предела. Пытался разозлиться, но не мог выдавить из себя даже это чувство. Ощущал только безмерную усталость, подавленность и пустоту. Я дошел до скамейки, сел, набрал номер жены и сказал ей, что буду искать новую работу.

18 Добро пожаловать в наши ряды

Обратная связь Мне не стыдно

Человеку, от природы доверчивому, нужно время, чтобы смириться с мыслью, что Бог ему не поможет.

X. Л. Менкен, «Рассказ о меньшинстве»

Возможности «выйти из чулана» и сообщить, что больше не верю в Бога, я ждал больше года. Ждал, пока утихнет шум, поднятый моими расследованиями. Хотел, чтобы упрочилось мое новое отношение к вере, улеглись эмоции. Религиозную журналистику — как и веру — я покидал с чувством гнева и не хотел вести себя словно отвергнутый любовник, жаждущий отомстить религии.