|
Явно выраженным доказательством этого вопиющего неравенства между объемным количеством системной и стратегической литературы, излагающей теории и терапевтические процедуры, и недостаточностью систематического представления данных о реальных результатах терапии, является отсутствие ссылок на системный и стратегический подход в литературе, посвященной сравнительному исследованию различных видов психотерапии. Малое количество существующих данных, относящихся к этому подходу, либо совсем не принимается в расчет из-за своей недостаточности, либо включается в данные, относящиеся к результатам эклектических типов психотерапии.36 Для оошего оозора литературы, пополненного новепшпми данными по сравнительному7 исследованию результатов в психотерапии, см.: Garfield (1980). Sirigatti S. (1988). 170 Впрочем, мы согласны с Сиригатти37 в том, что если авторы системного и стратегического направления желают, чтобы их результаты принимались во внимание исследователями, то они должны представлять их научному сообществу в манере, присущей социальным исследованиям, для того чтобы эти результаты были сравнимы с данными, относящимися к другим видам психотерапии. На основе этих рассуждений и в попытке расчистить поле от подобной критики, которую мы между тем считаем оправданной, на последующих страницах будет представлено количественное исследование результатов применения стратегического подхода, описанного выше, на довольно многочисленной и разнородной выборке субъектов исследования. Однако, прежде чем приступить к изложению и обсуждению данных, необходимо остановиться на методологических критериях подобного количественного исследования, с тем чтобы показать выбранную нами эпистемологию, находящуюся в основе использованных критериев. Методологические критерии 1. Концепция эффективности терапии Количественная оценка эффекта или достигнутого посредством терапевтического вмешательства результата является, безусловно, одним из самых колких аргументов в психотерапии. Трудность оценки объясняется тем. что различные психотерапевтические школы опираются на различные критерии определения эффективности терапии, что является неизбежным следствием различий в теоретических подходах, которые зачастую занимают противоположные позиции. Например, для юнгианского аналитика эффектом терапии станет достижение личностной «индивидуации», в то Личный доклад, Сьена, 1988. 171 время как для сторонника поведенческого подхода успехом терапии является «вырождение» поведенческих симптомов. И это только один из многочисленных примеров различия в концепциях относительно целей терапии и оценки результатов с точки зрения эффективности или неэффективности лечения. Представляется логичным тот факт, что различные теории человеческой личности предусматривают для достижения различные цели, и что различные цели, в свою очередь, предусматривают различающиеся между собой параметры оценки достигнутого результата. — 109 —
|