Храм

Илья наблюдал это как бы со стороны; все понимал — но не остановил Петра. И правда — зачем? Вероятная гибель не тронула его сердца. Когда он понял, что раскрыт, он вдруг почувствовал страшную усталость. И безразличие. Ко всему. Еще накануне ничего подобного не было; накануне была игра (или Илье казалось, что идет игра), ожидание входило в ее условие и ничуть не давило; он все знал наперед; оставалось дождаться — и сделать. Петро забрал у него все. Не тогда, когда явился со своими бандитами, а лишь теперь. И пусть это «все» было только надеждами (а чем еще он мог жить?) — Петро их раздавил. Впереди была пустота. Ничто. Только теперь Илья понял, что Петро с первой же минуты знал, что заберет его жизнь. Это ведь так очевидно... Очевидно — когда разглядишь это перед собой... Сколько раз говорил себе: не лезь вперед рогом! Если нет энергии, если тонкие структуры не работают, интуиция молчит, — сделай паузу, отойди в сторону...

Сбивая со следа, КрАЗ петлял по проселкам; где было возможно — избегал мостов. На место попали уже под вечер. На улицах не было ни души.

— И как это бабье различает, кто под камуфляжем? — искренне удивился водитель. — Должно — из предыдущего хутора успели предупредить...

— Все различают, — глухо сказал Петро. — Иначе бы нас уже знаешь сколько раз остановили?..

Сказал — и только после этого сам осознал. Ведь сотни километров проехали без единой задержки. Маскарад и воинский номер на машине были, так сказать, хорошим тоном, входили в правила игры: постовые при последующей проверке должны были иметь основание заявить, мол, ничего подозрительного не заметили; в самом деле — поди разберись, кто там под униформой... Оказывается — их пропускали. Их пропускали, чтобы понять их цель...

Только сейчас Петро осознал, какую сделал глупость. Не ошибку — именно глупость. Ведь если бы он задумался хотя бы на минуту — и все-таки бросился сюда, — это была бы ошибка. Но он бы никогда такой ошибки не сделал! — хотя бы до ночи переждал. И даже ночью... Да что там говорить! — сейчас он не понимал, как это произошло. Какое-то затмение, помрачение рассудка. Словно кто-то отключил в нем способность думать, подталкивал под локоть: действуй! действуй!.. Почти пять часов были в дороге — и о чем ты все это время думал?..

Вот еще одна банальность в нашу коллекцию: если Бог хочет наказать, он лишает человека разума.

КрАЗ подлетел к храму и замер перед входом. Петро тяжело выбрался на брусчатку и с тоской поглядел в сторону села. Сто лет назад здесь можно было бы держать оборону хоть месяц — пока не закончится еда и патроны. А сегодня и штурмовать никто не будет. Обложат по периметру, обстреляют с вертолетов химией — сами выйдем.