Охота на Роммеля

Впереди показался длинный холм с ложбиной, в которую может пройти танк. Так мы не будем заметны на фоне неба. Я приказываю Пизу перейти на фланг, а сам занимаю его место.

— Водитель, стой!

Теперь у меня появился обзор. Ветер отогнал дымку марева на юге. Внутри танка температура 110 градусов по Фаренгейту. Через оптику я вижу две полоски пыли, заходящие к нам во фланг на юго-востоке. Первая полоска — это танки; вторая в пяти милях позади — эшелонный транспорт (грузовики с горючим и амуницией).

— Джама-три вызывает Джаму.

Я докладываю о том, что вижу.

— Да, Джама-три. Сообщение принято. Оставайся на месте. Жди приказов.

На холме перед нами появился «жук» — один из бронеавтомобилей «Даймлер» Королевской гвардии драгун. Он поднялся по склону и остановился рядом с нами. На носу машины была нарисована прекрасная красотка, стоящая под душем, роль которого выполнял ствол «Бреды». Ниже написано «Тинк 21». Из люка высунулся незнакомый сержант. Он усмехнулся и крикнул:

— Не будет чем подымить, приятель?

Я просунул руку за рацию, взял с полки пачку отвратительных «челси» и бросил ее сержанту.

— Что там впереди?

Он прикурил две сигареты, передал одну водителю через амбразуру башни и прокричал мне в ответ:

— Там половина всей немецкой армии.

Сержант рассказал, что им пришлось спасаться бегством от пехоты, которую подвезли на грузовиках и больших восьмиколесных бронетранспортерах. Он насчитал не меньше пятидесяти танков Т-III и T-IV.

— При виде этой армады я обмочил свои кружевные панталоны, — добавил в шутку сержант.

Вражеская пехота, размещенная перед танковой колонной, означала для нас большие проблемы — она защищала противотанковые орудия.

— Все станции Джама, вызывает Джама. Приказ! Колеса на юг, идти в одной линии. Нашей целью является вражеская транспортная колонна с припасами. До связи.

Мы так и сделали. Тем временем притормозившие немецкие танки снова начали движение вперед. Они промчались через нашу оставленную позицию на такой скорости, что машины эшелона «Б» едва успели убраться с их пути. Немецкая колонна с припасами на южной части равнины оторвалась далеко вперед. Нам пришлось догонять ее. К сожалению, нас выдавали поднятая пыль и радиоперехваты поступавших команд. Наша атака захлебнулась под свирепым шквалом противотанкового огня. Когда пришел приказ отступать, колонна немецких танков вернулась с западного направления и попыталась отсечь нас от главных сил. Мы потеряли танк Пиза — при резком повороте его правый трак и подвеска превратились в кучу отдельных частей. При близком разрыве снаряда мой водитель ударился о крепление орудия и свалился под рычаги с раздробленной челюстью. Наступали сумерки. Моим третьим танком командовал капрал Ледгард. Мы с ним подобрали экипаж сломавшейся машины и помчались назад к условленному месту, где располагался ночной лагерь эскадрона. Едва мы отъехали, к брошенному А-13 направились два T-III. Гансы тоже любили трофеи. Около полуночи немецкая эвакуационная бригада оттащила танк Пиза в мобильную ремонтную часть. Через пять дней мы увидели его снова — с черным крестом на боку и с экипажем, состоящим из солдат Оси.