Охота на Роммеля

Когда мой отряд достиг Соллума — города на прибрежной равнине у подножия низкогорий, — мы потеряли контакт с батальоном, бригадой и дивизией. Из-за малой мощности наших раций и перегруженного эфира, с его постоянно меняющимися частотами и протоколами, связь стала практически невозможной. Трасса у Соллума поднималась на высоту шестисот футов. Это был избитый транспортом серпантин, ведущий к пустыне на вздыбившейся материковой плите. Здесь нам подфартило — мы погрузили два танка на транспортеры, а две другие машины взяли на прицеп тягачи. Подъем на откос выматывал нервы. На милю уходил галлон соляры. Внезапно в толчее машин мелькнул знакомый вымпел. Через пару минут я уже стоял на подножке «Гранта», принадлежавшего майору Майку Меллори — нашему заместителю командира полка. На этом марше у него остались только два штабных танка, грузовик ремонтников и больше ничего.

— Чэпмен, черт тебя дери! Ты первый знакомый парень, которого я увидел за последние сорок восемь часов!

Меллори взял мою карту и в качестве целей обвел цветными карандашами Шефрзен и Бир-эль-Губи. Красным цветом он отметил наши позиции, а желтым — вражеские.

— Не забывай, что сведения были верными на вчерашний день, — напомнил он. — Сегодня все могло поменяться.

Меллори сказал, что «приграничную проволоку», к которой мы двигались, от фронта отделяло восемьдесят миль. Бои сейчас шли вокруг Бир-Хачейма — южного опорного пункта оборонительной линии Газалы, который защищали французские и иностранные легионеры. Они сражались героически, но Роммель направил 21-ю и 15-ю танковые дивизии еще южнее — в широкий обходной маневр. К ним присоединилась итальянская бронетанковая дивизия «Ариета» («Таран»). Если бы немцам удалось обойти опорный пункт, у французов не осталось бы другого выбора, как только отступить. И тогда линия Газалы утратила бы стратегическую ценность для обороны. Это была вся информация, которой владел Меллори. Он лишь добавил, что нам приказано находить и оттягивать на себя «панцеры» Роммеля, даже если для такой задачи придется пожертвовать каждым танком и грузовиком, которые мы имели.

Через двое суток мой отряд, следуя указателям с надписью «22», наконец догнал несколько машин из соседнего эскадрона. Полк находился в расчлененном виде. Его части растянулись на мили восточнее Эль-Адема — на каменистой пустыне к югу от Тобрука. Танки, броневики, грузовики с пехотой и машины «Б» эшелона беспорядочно двигались к фронту, обгоняя друг друга и меняя расстановку. Нам потребовался почти весь день, чтобы найти свой эскадрон, заправиться и урвать несколько часов для замены смазки и воды, подтяжки траков и поисков места, где мы могли бы поужинать и вздремнуть.