|
932 Агриппа жил в одно время с Теофрастом Парацельсом, но был старше его. Известно, что он оказал на последнего значительное влияние.44 Поэтому нет ничего удивительного в том, что все учение Парацельса пропитано идеей соответствия. Он пишет: Если человек хочет стать философом и не сбиться с пути?; то он должен заложить фундамент своей философии, превратив небо и землю в микрокосм, и при этом не сделать даже самой незначительной ошибки. Поэтому тот, кто будет закладывать фундамент медицины, также должен опасаться самой незначительной ошибки, и должен превратить микрокосм во вращение небес и земли, чтобы философ не нашел на небе и на земле ничего такого, чего бы он не смог найти в человеке, а врач не нашел в человеке ничего такого, чего не было бы на небесах и на земле. И эти двое отличаются только внешней формой, и при этом форма и того, и другого понимается как принадлежность к одной и той же вещи. 45 В Paragranum46 содержатся несколько точных психологических замечаний в отношении врачей: По этой причине, [мы предполагаем] существование не четырех, а одной таинственной субстанции, которая, тем не менее, состоит из четырех плоскостей, подобно башне, овеваемой ветрами с четырех сторон. Маловероятно, что башня может нуждаться в угле, как и врач нуждается лишь в одной из частей... В то же время он знает, каким хорошим символом мира является яйцо в скорлупе, и что в нем скрыт цыпленок со всей его субстанцией. Так все, что есть в мире и в человеке, должно содержаться во враче. И точно так же, как курица, высиживая яйцо, трансформирует этот прообраз мира в цыпленка, так Алхимия доводит до созревания философскую таинственную субстанцию, скрытую во враче... В этом заключается ошибка тех, кто неверно понимает [профессию] врача.47 Что это означает для алхимиков, я довольно подробно описал в Психологии и алхимии. 933 Иоганн Кеплер мыслил таким же точно образом. Он пишет в своем Tertius interveniens (1610):48 Он [геометрический принцип, лежащий в основе физического мира] также является, по учению Аристотеля, самым сильным связующим звеном, которое соединяет нижний мир с небесами и тем самым объединяет их настолько, что все формы низшего мира управляются свыше; ибо в этом низшем мире, то есть на земном шаре, имеется духовная природа, способная к Geometria, которая ex instinctu creatoris, sine ratiocinatione (Вследствие вдохновения творца, без рассуждения) обретает жизнь и подталкивает себя к использованию своих сил посредством геометрических и гармоничных комбинаций небесных лучей света. Я не могу сказать, обладают ли такой способностью все животные и растения, да и земной шар. Но это не является чем-то невероятным... Ибо во всех этих вещах [например, в том факте, что цветы обладают определенным цветом, формой и количеством лепестков] видна работа instinc-tus divinus, rationis particeps, (Божественное вдохновение, участвующий принцип, порядок) а не человеческого ума. То, что человек тоже, благодаря своей душе и ее низшим способностям, похож на небеса, как на них похожа земная почва, может быть доказано и проверено самыми разными способами.49 — 51 —
|