|
Действительно, из Центра передали сводку погоды — ожидались сильный ветер, оттепель, а за ней мог последовать буран, перенести который в походе было бы нелегко. Это могло замедлить путь и создать много лишних сложностей. Кроме того, информации, переданной Степаном, не придали особо важного значения. Никто не собирался, очевидно, что-либо предпринимать или высылать группу поддержки, состоявшую из опытных людей, вооруженных военных и сотрудников милиции. У Степана сложилось впечатление, что пока происходящее в Центре не принимают всерьез, а выполняют скучное задание, реализуют не слишком продуманный план, чтобы поставить галочку в очередном отчете, и только. Зверев беспокоился за исход похода; ребята были не очень хорошо подготовлены, да и что с них взять — студенты, туристы-любители, хоть и мнят себя профессионалами. За ними самими надо присматривать, толку от них мало, даже подежурить нормально не смогли прошлой ночью. А места здесь, видимо, действительно опасные. Степан услышал скрип снега, чей-то вздох и мгновенно вскочил. Натренированным движением прыгнул к ели, за которой трясся от страха Вахлаков, неловко оступившийся. Зверев схватил студента за шиворот и сурово спросил: — Ты что, следишь за мной? Ужас сковал Олега, который вообразил, что шпион убьет его, выстрелит из ружья прямо в сердце, а потом — закопает в снегу. Онемевшим языком Вахлаков пробормотал: — Я пописать отошел, а тут вы… Я просто ходил в туалет… Я ничего не видел и не слышал, не убивайте меня, я никому ничего не скажу! И про передатчик не скажу… Зверев отпустил Вахлакова и достал из потайного кармана удостоверение, с которым не расставался никогда. Он раскрыл корочки и помахал у парня перед носом: — Вот, смотри. Теперь ты знаешь, кто я. Я сотрудник Комитета государственной безопасности, Степан Зверев. Выполняю ответственное задание, а ты мне помешал. Так что, товарищ Вахлаков, не знаю, что с тобой делать. — Не убивайте меня, товарищ Зверев! — тоненьким голоском заныл перепуганный вор, еще не понимая нелепости своих страхов. Ему все казалось, что суровый Степан сейчас направит на него дуло ружья и каменным голосом зачитает смертный приговор. Степан засмеялся, стараясь успокоить перетрусившего студента, который сразу не внушил ему доверия. Неспроста этот грузный парень крался за ним по пятам, выслеживал, вынюхивал; вот и завязки у рюкзака оказались неправильно затянутыми, только сперва Степан не обратил на это внимания, торопясь связаться с Центром. И как труслив этот толстый ишак! — 168 —
|