|
Вход в здание не охраняется. Весь второй этаж занимают магазины и лавки: магазин «Ткани», мебельный салон «Калинка», «Шторы и жалюзи». Арендная плата за комнату площадью 18 метров вместе со всеми коммунальными платежами — 7 тысяч рублей в месяц. Это цена полуметра офисной площади среднего уровня в Москве. Приковывает внимание стрелка, указывающая на офис Российского государственного гуманитарного университета. Стрелки приводят к комнатам 18 и 19. Обе закрыты, хотя время уже рабочее. Звоним по указанным телефонам. «Что же это такое? — чуть не плачет в ответ голос в трубке. — Только отстали от нас с проверками, и опять какие-то вопросы. Мы не то что к «Байкалфинансгруп», мы и к ЮКОСу никакого отношения не имеем и ничего от него не получали, кроме геморроя. Оставьте нас в покое, пожалуйста. Мы хорошие.» «Я на озеро Байкал никогда больше не поеду!»На третьем этаже — скромный вахтер, который никакого сопротивления посетителям не оказывает. По всем вопросам рекомендует обращаться в комнату 55 с надписью 000 «Парма». — А мы что? Мы ничего! — Бухгалтер этой фирмы Светлана Суслова, узнав, почему я здесь, испуганно хлопает глазами. О том, что в этом полуразвалившемся здании живет фирма, купившая пятую часть всей российской нефти, она еще не знает. — Наша фирма здесь — это типа ЖЭУ, только частная, — говорит Светлана. — Мы отвечаем только за жилищно-коммунальное состояние здания. Водопровод, унитазы, провода, уборка помещений и больше ничего. Здание, кстати, в ужасном состоянии — его износ составляет 55 %. У всех 18 арендаторов в этом здании с нами заключены договора. Если бы здесь была эта «Байкалфинансгруп», я бы о ней точно знала. И если она такая богатая, попросила бы миллиончик на ремонт… Чуть позже соседи Светланы по этажу нашептали нам, что девушки из «Пармы» подрабатывают секретарями у тех фирм, которые имеют в здании юридический адрес, но физически в нем не присутствуют. Работа эта заключается в том, чтобы сортировать присланную этим фирмам почту и переправлять по другому адресу. Возвращаемся в «Парму», допрашиваем девушек с пристрастием, но, судя по испуганным лицам, они не врут: «Да, бывает, что приходят письма фирмам, которые здесь не арендуют помещения. Но среди адресатов «Байкалфинансгруп» не попадалась никогда. У меня хорошая память». Светлана советует сходить в дом 10 по той же Новоторжской улице. Там расположен Комитет по охране памятников историко-культурного наследия Тверской области. Говорит, что они являются собственниками этого здания. Но в комитете меня обламывают: «Никакие мы не собственники! — Замдиректора Татьяна Егорова, похоже, на грани нервного срыва. — Мы лишь балансодержатели. Собственника у этого здания просто нет. Памятники культурного наследия нельзя приватизировать. Да если бы и можно было, никто бы не захотел. Там даже чтобы гвоздь вбить, нужно кучу разрешений добыть. Но всех арендаторов мы знаем. Ни о каком «Байкале» до сегодняшнего дня не слышали, а после — всю жизнь вздрагивать будем. За сегодняшний день уже просто достали этим «Байкалом». Я, во всяком случае, на это озеро, наверное, никогда не поеду. — 136 —
|