|
Самой насущной проблемой были раненые. Грейнджер не мог ходить. У Колли вскрылись мучившие его ожоги. Состояние Маркса становилось отчаянным. Мы могли бы погрузить их на «Лянчу». Олифант взял на себя роль штурмана. По его оценкам, Бир-Хемет находился в семидесяти милях на юго-запад. Идя пешком и толкая машину с ранеными, мы могли бы добраться до места сбора за три ночи. Но для навигации нам требовалось знать начальную позицию, а мы о ней лишь догадывались. Пустыня между нами и конечной точкой имела природные преграды, озера и временные водотоки. Мы понимали, что их придется обходить — без карты, без компаса, ориентируясь по звездам и солнцу. Мы могли добраться до цели только при невероятном везении. А если наш отряд пройдет мимо оазиса и затеряется в пустыне, то мы не узнаем об этом. И даже в случае успеха у нас не будет никакой гарантии, что патруль Ника останется ожидать наш отряд в точке сбора. Мы верили, что они ускользнули от немцев и добрались до Бир-Хемета. Но их могли отозвать оттуда по другим делам. Или, возможно, им пришлось уехать, не дождавшись нас, из-за наличия каких-то непредвиденных и критических обстоятельств. Я продумывал сотни возможностей, но ничего не говорил о своих опасениях. И остальные тоже высчитывали наши шансы на успех. И тоже молчали. Отряд трудился весь день. Мы переливали горючее, заменяли воздушные и водяные шланги, с трудом снимали хомуты, используя вместо отвертки заточенное лезвие штыка. Парни очищали и приводили в порядок насосы. Утром и после полудня за нашей работой наблюдали две пустынные лисы, сидевшие на противоположном склоне. Это были невзрачные зверьки, со шкурками под цвет песка и с потертой редкой шерстью. Шесть раз крик: «Самолет!» заставлял нас разбегаться в стороны. А лисы даже не пошевельнулись. К счастью, вражеские «мессеры» пролетали мимо. Мы решили назвать это место «Ущельем двух лис». Карты у нас не было. Мы отложили свою затею до возвращения на базу. Но общее обсуждение названия немного приподняло наше настроение. Реальность продолжала издеваться над нами. Все, что могло пойти не так, шло по худшему варианту. От ударов о камни во время наводнения задняя крышка дифференциала треснула и раскрошилась. Зубчатые колеса забились песком и грязью. Смазка напрочь исчезла. Грейнджеру удалось заделать брешь и закрепить механизм болтами. Но что мы могли использовать вместо смазки? Парни собрали колючие кактусы и извлекли из них вязкую субстанцию. Кто-то сказал, что в экстренных случаях для этой цели применяли внутренний слой банановой кожуры. Мы надеялись, что желе из кактуса тоже сгодится. Панч снял карбюратор и прочистил его от грязи и песка — крупинка за крупинкой. «Док» колдовал над тормозными колодками. — 163 —
|