Фактор майя

Шочикалько изолирован в высокогорных пустошах штата Герреро. В простой структуре его гармоничных архитектурных сооружений полностью доминирует один образ: Кетцалькоатль, Пернатый Змей [Quetzalkoat,]. Основанный в девятом-десятом веках нашей эры, Шочикалько - "Место, Где Стоит Дом Цветов" - являет собой слияние стиля Теотихуакана, столицы высокогорной Мексики, и классического стиля Майя. Действительно, именно здесь, в Шочикалько, нашли убежище и смешались аристократы Майя и Теотихуакана после "внезапного" упадка классической эпохи майянской и мексиканской цивилизации. И именно здесь в 947 году нашей эры - в год 1 Тростник - родился "исторический" Кетцалькоатль. Посещение этого места усилило во мне ощущение тайны, но в то же время ознаменовало начало нового этапа - стадии разгадок.

Тайна заключалась в Кетцалькоатле, Пернатом, или Оперенном, Змее, которого Майя называли "Кукулькан" [Kukulkan] - "Место, Где Обитает Змей". Синтезирующая работа Сежурнэ о Кетцалькоатле очевидно объясняет, что он был не просто богом, но многоликим богом, не просто человеком, но множеством людей, не просто религией, но целым мифическим комплексом, ментальным образованием. Очевидно и то, что это скопление качеств, эта множественная сущность пронизывала практически все аспекты древнемексиканской и даже майянской цивилизаций. Кетцалькоатль, неразрывно связанный с Вечерней и Утренней Звездой - Венерой, затронул не только искусство, но и астрономию и календарь.

Пернатый Змей Кетцалькоатль.
Шочикалько, Х век н.э.

Связь с астрономией, небом, а также роль религиозной фигуры уровня Моисея или Христа сделали Кетцалькоатля наиболее почитаемым пророком. В десятом веке, в год 1 Тростник, основатель города Тула и спаситель пришедшего в упадок города Чичен-Ица* [Chichen Itza} на полуострове Юкатан, Кетцалькоатль предсказал свое возвращение в день 1 Тростник года 1 Тростник - именно в этот день, в Божью Пятницу 1519 года по христианскому календарю, в Центральную Америку прибыл Кортес. Один лишь этот факт вполне мог окончательно спутать мысли и без того неуравновешенного Монтесумы II, короля злосчастной империи ацтеков.

Хотя наша культура мало знакома с Кетцалькоатлем, если не считать романа Д. X. Лоуренса "Пернатый Змей", но странные пророческие "совпадения" убедили меня в том, что Кетцалькоатль имеет не только локальное значение. Он показался мне скорее незримой и извечной силой, пребывающей ниже, выше и вне мифа механистического развития. Окрыленный этим интуитивным пониманием, я вернулся из Мексики с возросшим ощущением своего собственного предназначения.