Супружеская любовь

78. ЧЕТВЕРТАЯ ДОСТОПАМЯТНОСТЬ. Чрез два дня, Ангел опять разговаривая со мною, сказал: окончим Период Возрастов; остается теперь Возраст или Век последний, именуемый Железным. Народ этого Века обитает в Севере, со стороны Западной, простираясь внутрь или в широту; все тамошние из древних жителей Азии, у которых было Слово Древнее и из онаго состояло у них Богочествовавание,— следовательно до пришествиия Господа нашего в Мiр. Об этом известно в Писании Древних, вовремена которых, они так названы; те же самые Веки разумеются чрез Статую, Навуходоносором виденную, коей Голова была из Золота, Персты и Мышцы из Серебра, Чрево и Стегна из Меди, Голени из Железа, а Ноги из Железа и частию Глины, Даниил: II: 32 и 33. Это сказал мне Ангел на пути, который и показался нам кратким и скорым при занятии разговорами нашими о разных предметах, встречавшихся мыслям нашим, когда проходили мы чрез разныя селения; ибо пространства и оттуда разстояния в Мiре Духовном есть только видимости по состоянию мыслей.—Когда мы находились уже в Лесу, из буковых, ильмовых и дубовых дерев состоящем, — то обозревая разные предметы, увидели по левую сторону Медведей, а по правую Леопардов. При удивлении моем этом, Ангел сказал: сии не медведи, ни леопарды, но человеки, стерегущии этих Жителей Севера: они обоняют ноздрями сферы жизненныя проходящих и нападают на всех Духовных, так как сами Жители Естественные. Те, которые читают только Слово, и никакого учения оттуда для жизни не почерпают, представляются издали как Медведи; утверждающей же оттуда лжи представляются Леопардами. Но они, Увидев нас, отвратились от нас, и мы прошли. — За Лесом появились Черновики, а потом Поля злачныя, разделенныя на уделы, окруженныя буком; за ними земля простиралась косогором к Долине, на которой были многие города, один подле другого, пройдя некоторые из них, мы вошли в один великой город, в котором, как улицы, так и домы были расположены неправильно; последние были построены из кирпичей с перекладинами покрытыя корою. На площадях были Капища из сеченнаго камня иззестко ваго: войдя в одно из них чрез три ступени, мы увидели вокруг стен Идолов в различных формах, и толпу молящихся им на коленях; по средине находились Хоры, из которых видбн был с головы Бог — за щитник этого города. При выходи оттуда, Ангел сказал мне, что Идоль оные у Древних, живших в Век серебреном, о которых вышеупомянуто были изображениями, служащими для представления духовных Истин и нравственных добродетелей; но когда знаше соответствий в памяти потеряно и погибло, то еж изображения сделались сперва предметами чествования, а потом им поклонялись как Божествам, из чего и произошло Идолочествоваше. Когда мы были вне Капища и разсматривали жителей и их одеяния, то увидели, что лица у них как бы стальныя, цвета синеватаго, и одеты как комедианты, с полотенцами около бедер, висящими изпод исподней одежды, стянутой на груди; на головах их были шапки, подобно как у гребцов кудрявыя. Но сказал Ангел: довольно этого; поищем наставление о Супружествах Народов этого Века. Тогда мы вошли в дом одного Вельможи, у котораго на голове была шапка башнями. Он принял нас изрядно, и сказал: войдите и побеседуем; почему мы вошли в Преддверие и там сели. Когда я спросил его о Супружествах этого города и страны, то он отвечал; мы не живем с одною женою, но некоторые с двумя и тремя, а некоторые со многими, потому, что перемена или различие, повиновение и честь, так как приличныя Величеству, нас увеселяют; это мы имеем от жён, когда их много,—с одною же не было бы той приятности, которую мы ощущаем от различия, но скука от тождества (единообразия); ниже ласки из повиновения, но несносность от равенства; ниже счастливаго состояния от господствования или чести, но досада и спор о старшинстве; да и что значит женщина? не для того ли она раждается, чтобы покоряться воле мужа, и чтобы раболепствовать, а не господствовать? По этой причине каждый Муж в дом своем здесь имеет власть подобную власти Царскаго величества; и такое состояние, будучи из нашей любви, есть также блаженство жизни нашей. Но спросил я его: где тогда любовь супружественная, которая из двух душ составляет одну, сочетавает мысли и делает блаженным человека? —таковая Любовь не может разделяться; если же разделяется, то последует тогда таковой жар, который перестает кипеть и проходит? На это он отвечал: не разумею, что говоришь, что же иное делает блаженным человека, как не ревность жён за честь и первенство своего? Сказав это, мужъ тот вошёл в женскую комнату и отворил двое дверей; исходящая оттуда похотливость произвела такой смрад как от болота, по причине той, что это происходили из Любви многобрачной или многоженной, которая есть и брачная и вместе с тем блудная; почему я, вставь, затворил двери. Потом я сказал: как вы можете на этой земле пребывать, когда у вас нет никакой любви истинно супружественной, и притом покланяетесь идолам? На это он отвечал: относительно любви брачной или сожительственной (connubialem), мы ревнуем за жён наших так сильно, что не допускаем даже, чтобы кто--либо вошел внутрь домов наших, кроме только в преддверие,—и так как у нас есть ревность, то по этому есть и любовь; что же касается до Идолов, то мы хотя им и поклоняемся, но не монием мыслить о Боге Вселенной иначе, как через виды, поставленные пред глазами нашими; ибо не монием возвести наших мыслей выше чувственности телесных, и о Бог выше вещей видимых телесными глазами. Тогда я опять спросил его: не разнообразные ли Идолы ваши?... как они могут впечатлять видение единаго Бога? На это он отвечал, что то для них служит таинственностью, и что тут скрывается некоторое Богочествование во всякой форме. Такия речи побудили меня сказать ему. вы совершенно чувственные—телесные; нет у вас ни любви Бога, ни любви супружественной, заимствующей нечто из духовности; ибо сии только любви совокупно образуют человека, и из чувственнаго делают его небесным. Когда я это сказал, то явилась чрез ворота как молния; и когда я спросил, что это значит, то он уведомил меня, что такая молния есть знак, что имеет прйти к нам Древний от Востока, который нас учит о Боге, что Он есть Един, Единственный, Всемогущий, Который есть Первый и Последний; он также увещевает нас, чтобы мы не почитали Идолов, но только взирали бы на них как на изображения, которыя представляют добродетели, происходящая от Единаго Бога, и совокупно составляют Его чествование; сей Древний есть Ангел наш, котораго мы почитаем и коему повинуемся,—приходить же он к нам и возстановляет нас, когда впадаем в темное Богочествование из фантазии о кумирах.—Выслушав это, мы вышли из того дома и потом из города,—и на пути, из виденнаго на Небесах заключили о Круге и о Поступлении Любви Супружественной: о Круге ея, что она перешла от Востока в Полдень, отсюда в Запад, и оттуда в Север; о Поступлении ея, что она умалялась, по Обращению своему тоесть в Восток была небесною, в Полдни духовною, в Запад естественною, а в Север чувственною; также, что умалялась она в такой её степени, как любовь к Богу и чествование Его. Из чего и следует заключить, что эта любовь в Первом веке была как Золото, во Втором к Серебро в Третьем как Медь, а в Четвертом как Железо, и что наконец ея не стало.—Тогда Ангел, вождь и спутник мой, сказал: однакож я питаюсь надеждою, что эта Любовь от Бога Небес, который есть Господь, воскрениена будет, поелику может быть воскрениенною.