|
Ровным счетом ничего, хотя в его сейфах хранится, наверное, больше фотографий последнего царя, конфискованных при проведении различных обысков, чем в некоторых государственных архивах, если они там вообще сохранились. Николай II еще ребенком на руках у матери, юноша во флотской форме, фотография императора с женой и детьми, с различными государственными деятелями (в подавляющем большинстве ему неизвестными), с послами, с генералами, в могилевской ставке, в Царском Селе и, наконец, в Тобольске. Сергей никак не мог вспомнить, были ли какие-нибудь фотоснимки екатеринбургского периода или нет? Итак, он должен был признать, что он ничего не знает ни о личности последнего царя, ни о его судьбе. Правда, главной задачей их деятельности была компрометация не столько последнего Романова, сколько монархического движения в стране, дезинтеграция его как единого целого, пресечение объединительных тенденций и внутри СССР, и с монархическими организациями Запада. Без ложной скромности можно сказать, что он, Куманин, и его подразделение блестяще справилось с возложенными задачами. Во-первых, удалось доказать полную нелегитимность претензий на пост наследника престола главы Российского Императорского Дома в изгнании Владимира Кирилловича Романова, не говоря уже обо всех остальных истинных и ложных претендентах. Среди первых были многочисленные потомки пяти сыновей великого князя Александра Михайловича. Среди вторых самозванцы стихийные и подсадные. Взаимодействуя с коллегами из 1-го Управления (внешняя разведка) и МИДа, удалось взрастить несколько замечательных авантюристов, выдающих себя за внуков царских дочерей. «Внуков» разоблачал «Интерпол», но само появление их вносило дополнительное смятение в монархическое движение внутри страны, тающее на глазах как раз в тот момент, когда по логике событий оно должно было усиленно развиваться. Гениальная идея обвинить евреев в екатеринбургской трагедии, родившаяся в ЦК КПСС, творчески развитая в КГБ и удачно внедренная в разрозненные монархические группы провокаторами, привела к тому, что эти организации быстро превратились в нечто напоминающее бандформирования, от которых с ужасом шарахались не только благородные седовласые старцы из первой волны эмиграции, но и местная милиция. Благодаря стараниям Куманина монархистов облачили в униформу, которая придавала карикатурный и нелепый вид, хотя должна была вызывать трепет. У общественности их вид неизбежно вызывал ассоциации с ряжеными скоморохами. Для общества «Память» Куманин через Главное политуправление вооруженных сил достал флотскую форму старого образца и черные пилотки подводников. В эту форму первым обрядился его лидер Дмитрий Васильев, украсив ее генеральскими погонами и милицейской портупеей. Китель дополняли черные бриджи, заправленные в высокие сапоги. Однажды Куманин лично сделал осмотр нового воинства, считавшего себя местоблюстителями русского трона и авангардом в войне с евреями, и остался доволен. «Пусть еще кто-нибудь заикнется о светлой чистоте монархических идей!» — 36 —
|