|
«Какой бред!» — подумал Куманин, но промолчал. — Чаще всего медиумами, — продолжал Феофил, — становятся дети. Эти «медиумы» делятся на две категории: первые работают как репродукторы, то есть через них передается информация, вторые — более сложны, поскольку хранят всю информацию о прошлом, настоящем и будущем нашей цивилизации. У них задействованы те клетки головного мозга, которые у подавляющего большинства людей спят. Прорыв к этим клеткам и возможность их активизации стали бы научным открытием величайшей важности, способным полностью изменить природу человека. Надя Шестакова, насколько мне известно, стояла уже на пороге подобного открытия. Еще никогда ребенок-медиум не подвергался такому тщательному научному исследованию. Он либо попадал в руки церкви, как Лючия из Фатимы, либо в руки грубых невежд, как Хаузер, либо в руки дельцов шоу-бизнеса, как Джек Ли. Алеша же теперь в КГБ, где наверняка и погибнет. — Значит, вы считаете, что Алеша Лисицын, — начал Куманин, у которого от всех этих разговоров уже разболелась голова, — этот мальчик, которого вы с Надей исследовали… — С ним очень сложно, — перебил его Феофил. — Я так и не смог точно определить, к какой категории медиумов он принадлежит и откуда он взялся. Бывает, ребенка похищают в момент рождения, а затем он неожиданно появляется как бы ниоткуда… — Слушаю вас, — вздохнул Куманин, — и не перестаю удивляться. Взрослый человек, образованный, начитанный, а несете такое. Вы сами-то верите в то, что говорите? Феофил с грустью покачал головой: — Я же говорил, что вы ничего не поймете. С вашим мировоззрением такое действительно понять очень трудно, даже невозможно. Но вы же слышали одну из пленок, и Надя вам кое-что рассказывала. Как вы сами это все объясняете? Куманин пожал плечами: — Гипноз какой-нибудь. Психотронные средства. Не знаю, но уверен, что есть простое объяснение всему, без всякой религиозной чуши и мистики. — А что же ваши коллеги так переполошились? — спросил Феофил, — зачем они взяли Алешу из интерната и где сейчас прячут? — Не знаю, — признался Куманин. — Просто ума не приложу, зачем он им понадобился. — Так я вам скажу, — голос Феофила зазвенел от волнения. — Вы не все пленки прослушали. Он говорил такие вещи, от которых у вас там все просто обязаны были переполошиться. — Что он такое говорил? — удивился Куманин. — Что мог сказать пятилетний ребенок, чтобы вызвать такой переполох? — 172 —
|