Основы семейной психотерапии

Если бы этот паттерн продолжал повторяться, семейные сессии стали бы простым воспроизведением дисфункциональных отношений, причем пси­хотерапевт играл бы роль еще одного взрослого, пытающегося контролиро­вать Синди. Она знала, каким образом вывести взрослых из себя, и не по­зволила бы никакому психотерапевту взять над собой верх. Кроме того, не было бы никаких шансов обратиться к прояснению других вопросов — суп­ружеских отношений, сложностей на пути формирования комбинированной семьи, отношений Синди с матерью и расширенной семьей. Таким образом, ее пассивно-агрессивное, враждебное поведение, которое можно было бы назвать сопротивлением, отвлекало от обсуждения любой темы. Для того чтобы терапия продвигалась вперед, поведение Синди требовало реакции со стороны терапевта.

В этой ситуации психотерапевт должен отреагировать на пассивно-агрес­сивное, враждебное поведение подростка и в то же время не дать ему от­влечь терапию от основной задачи. Поэтому важно не следовать за очевид­ным. Например, в задачи психотерапевта входит не устранение враждеб­ности Синди, а изменение семейных паттернов. Следовательно, вступить в прямую конфронтацию с Синди означало бы натолкнуться на сопротивле­ние семьи изменениям. Чтобы не угодить в треугольник основных паттер­нов, терапевт может поступить следующим образом.

Психотерапевт (в ответ на пассивно-агрессивную, молчаливую отрешен­ность): Хорошо, Синди, должно быть, недавно что-то произошло и ты замкнулась в себе. Я думаю, что ты сердишься или чем-то обижена, но прямо сейчас не можешь об этом говорить. Я бы хотел услышать, что именно тебя задело, но вне зависимости от того, скажешь ты об этом или нет, я не могу тебя заставить говорить. К сожалению, ты не оставляешь мне другого выбора, кроме как говорить о тебе с родителями.

Этой реакцией психотерапевт признает право Синди на молчаливую отре­шенность, пытается найти объяснение ее поведению и приглашает к учас­тию в обсуждении. В то же время он дает понять, что сессия продолжается и Синди не будет гвоздем программы.

Реагируя подобным образом, психотерапевт бросает Синди вызов. Теперь она не может просто сидеть и позволять другим обсуждать ее поступки. Часто Синди, не соглашаясь с тем, что говорили другие члены семьи, не упускала своего и кричала: «Врете!» Опять же, ее выкрики были направле­ны на то, чтобы прервать обсуждение и привлечь к себе внимание.

Психотерапевт (после одного из гневных выкриков Синди): Синди, нахо­дясь в этом кабинете, ты не должна кричать и особенно не должна кри­чать: «Врете!» Если у тебя есть желание что-то сказать, я с удоволь­ствием послушаю. Фактически, я думаю, что у тебя есть свое мнение о происходящем, но мне не заставить тебя высказаться. Когда ты сама этого захочешь, дай мне знать.