|
Ну, лошадка, глажу тебя, чищу, кормлю самым лучшим овсом и целую в лоб и в шейку. Господь с тобой. Пиши мне и не очень сердись, если я тебе буду писать не каждый день. Теперь переписываю пьесу, стало быть, заслуживаю снисхождения. Кланяйся всем. Твой А. На конверте: Москва. Ольге Леонардовне Чеховой. Петровка, д. Коровина, кв. 35. Книппер-Чеховой О. Л., 29 сентября 1903*4180. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ 29 сентября 1903 г. Ялта. 29 сент. Необычайная жена моя, хорошенькая, гладенькая лошадка, здравствуй! Пьеса уже окончена, но переписываю медленно, так как приходится переделывать, передумывать; два-три места я так и пришлю недоделанными, откладываю их на после – уж ты извини. Пьесу*, по всей вероятности, привезет Маша. Брат твой* опять не показывается. Я кашляю меньше, чувствую себя здоровым, только часто злюсь (на себя) и ем не особенно много, без аппетита. Костюм меняю каждый день, умываюсь по-старому, сплю очень хорошо, зубы чищу, мармелад ем. Вчера вечером пошел дождь, дуся моя, стало хорошо, свежо, тихо. Розы цветут. Е. П. Горькая еще не была у нас*. Вообще никто не бывает. Впрочем, была Софья Павловна, твоя подружка*. А ты стала ходить* по театрам? Да еще на пьесы Тимковского? Ведь Пасхалова уже старая актриса, моя ровесница по крайней мере, она играла когда-то у Корша; это актриса совершенно провинциальная, неинтересная, и я не знаю, почему это так о ней заговорили. Вот еще: она урожденная княжна Чегодаева, жена того господина, который убил Рощина-Инсарова*. Я тебя люблю, дусик. Если бы здоровье мое поправилось, то я отправился бы куда-нибудь в дальнее плавание. Это необходимо, ибо дома закиснешь, станешь Тимковским. Скажи Бунину, чтобы он у меня полечился*, если нездоров; я его вылечу. Ну, лошадка, целую тебя в шейку и глажу. Ах, если бы ты в моей пьесе играла гувернантку*. Это лучшая роль, остальные же мне не нравятся. Будь здорова и весела, Христос с тобой. Твой А. На конверте: Москва. Ольге Леонардовне Чеховой. Петровка, д. Коровина, кв. 35. Книппер-Чеховой О. Л., 30 сентября 1903*4181. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ 30 сентября 1903 г. Ялта. 30 сент. Радость моя, сейчас получил от тебя посылку*. Спасибо тебе, тысячу раз спасибо! Гамаши уже надел и чувствую в ногах необычайную теплоту, и это очень кстати, так как сегодня здоровье мое не того, пишется совсем скверно* и даже сказал в телефон. Альтшуллеру, чтобы он пришел. Аппетита нет, кашель. Слава богу, что хоть сплю хорошо, сплю как хохол. Альтшуллер, вероятно, залепит мушку*. — 162 —
|