|
Даже холерик, заставляющий уйти Вас, может внезапно испугаться шороха и шума. Его фантазия способна из всего придумать монстров, привидений, домовых. Чуть-чуть зашевелилась занавеска, а ему кажется – за ней кто-то стоит. Вода в трубе внезапно зашумела, а ему кажется, что кто-то вошел в дом. Да, да, у страха глаза велики, а Ваш ребенок, вскормленный сегодня уже с пеленок агрессивными мультфильмами, наедине с самим собой, без Вас, способен отождествить себя с героем-жертвой испугавшего его мультфильма и так войти в подобную для него роль, что перепутает сам – это правда или нет. Он в ужасе, он паникует… но некого позвать на помощь. Он один. И рубцы от испытанного стресса, развившегося от подобного испуга, когда-нибудь еще дадут о себе знать. Вообще, родители должны быть осведомлены – какие страхи, в каком возрасте «нормальны» для детей. Какие страхи именно у Вашего ребенка. Есть ли среди них страх остаться в доме одному, страх одиночества, хотя подобный страх нередко так завуалирован, что только после первой «пробы» Ваш ребенок дает понять, что он у него был и не исчез сегодня. Уже в семь месяцев младенец пугается, когда уходит мать. Считается, что это – предтеча будущего страха одиночества. В три года дети все по-настоящему боятся. И весь багаж их жизни – сказки и мультфильмы (особенно «баба-ягийные» и «бармалейные» персонажи) – оживает, когда малыш без Вас и чувствует себя незащищенным. Кроме того, примерно в этом возрасте у Вашего ребенка возникает боязнь замкнутого пространства, а квартира, в которой заперт малыш, и есть это замкнутое пространство. К тому же ребенок уже не настолько наивен, чтоб не понять, что не сможет без помощи взрослого убежать из нее, чтобы спастись, хотя бы от преследующего его домового. Что касается детей шести-, семилетнего возраста, когда многие отечественные психологи считают, что ребенок созрел для того, чтобы быть без присмотра в квартире, то навряд ли, что именно этот возраст действительно – самый подходящий для проведения подобного эксперимента. Потому что именно в шесть-семь лет у детей достигает апогея страх смерти, который они пытаются скрыть, понимая, что это все не для огласки. И когда вдруг ребенок, оставшийся дома один, в этом возрасте чем-то напуган, этот страх затмевает собой остальные. Ну а после семи лет уже появляется, кроме этого страха, страх смерти родителей, о котором опять дети предпочитают молчать. Но когда мамы с папой нет дома, подменяя явь бурной фантазией, им приходит на ум только самое страшное, что могло бы случиться с родителями. — 346 —
|