Ультрасовременный ребенок

И если б не французский астроном Жан де Меран, заметивший, что куст бобов в темном подвале днем или ночью по-разному колышет листьями, то, может быть, мы с Вами до сих пор еще б не знали про уникальность своих собственных биологических часов, с ритмом которых надо идти в ногу, хоть и приходится нам временами из-за этого невольно выделяться из шеренги бредущих с нами в одном направлении людей, ломая иногда специально свои биоритмы, чтоб только бы не возвращаться вновь в эту стандартно-опостылевшую шеренгу.

«И остался у мамы-козы только один деть», или Одинокий неодинокий ребенок

(С какого возраста Ваш ребенок может оставаться дома один)

И еще одна особенность современного ребенка – это частое вынужденное одиночество из-за того, что родителям приходится много работать или у них имеются свои сугубо взрослые дела, а бабушки с дедушками живут в другом месте. Однако это не глобальное одиночество брошенного или же безнадзорного ребенка, а, скорее всего, ситуативно-вынужденное, быстротечное, временное…

Это даже не одиночество интроверта. Это одиночество неодинокого ребенка, не просто знающего, но и уверенного в том, что у него есть заботящиеся о нем родители, которые, скорее всего, ради этой заботы и оставили его на какое-то время одиноким «хозяином» в доме.

Так что в этом временном одиночестве ничего особого нет, если бы не одно «но».

Даже это ситуационное одиночество – репетиция будущего настоящего, модель возможного одиночества, от которого не застрахован никто. Но одно дело это все пережить уже взрослому, а другое – в начале пути, тем более что старт этого пути начинается с этого одиночества, и одна из самых важных сущностей материнства – завуалировать этот страх, создав иллюзию единения между матерью и ребенком, подобно той, которую он ощущал, еще не родившись, но только на другом, более замаскированном уровне.

И поэтому стоит ли в самом деле репетировать страх одиночества у легкоранимого и впечатлительного ребенка – большой вопрос, и даже под прикрытием воспитания самостоятельности у него. А это прикрытие – нечто в виде вуали, закрывающей истинное лицо истинной подоплеки развития самостоятельности у детей.

Однако само понятие самостоятельности современного ребенка настолько расплывчато и размыто, как берега мелководных рек во времена наводнений, что каждый понимает это по-своему, придумывая собственные критерии, теснящиеся в его голове. И чаще всего эти критерии берут истоки из детства родителей ребенка, критерии в семьях мамы и папы. Но при этом забывается самое главное – «другие времена, другие нравы», и то, что было естественно для детства родителей, не всегда целесообразно для детства детей, сколь крепки бы и вековечны ни были бы эти семейные традиции, да и не только семейные, принятые в обществе в данный момент, а тем более соответствующие возрастным нормам.