|
Эти сладости есть в магазинах, их советуют есть детям взрослые люди. Значит, мама должна купить это ребенку. Почему до сих пор еще не покупала? Что же делать Вам? Надо купить. Зачем ссоры в семье еще из-за этого? И к тому же ребенок вдруг может подумать, что Вы жадная или скупая. К сожалению, чем становится старше Ваш малыш, тем он больше зависим уже от рекламы. И теперь дело не ограничится только просьбами насчет батончиков, он захочет попробовать что-то более серьезное. Да к тому же и методы Вашего воспитания стимулируют вознаграждение в виде сладостей за тот или иной поступок ребенка. Иногда сладостями Вы просто подкупаете малыша, чтобы «утихомирить» так в обществе или же избежать его жутких капризов. Иногда обещаете их и даете как аванс за какое-то дело или же за то, чтоб он отрекся от задуманного, не угодного Вам. В общем, сладкое в роли разменной монеты. Если же воспитание Ваше слишком строгое и о сладостях нет даже речи, Ваш ребенок попробует их все равно, пусть не дома, в гостях или в детском саду. И конечно же в школе, где дети угощают друг друга и меняются всем, а особенно сладким. Вспоминается случай, как я оказалась в гостях на дне рождения сына моих старых приятелей с одной из примерных, образцово-показательных мам, которая, как мне уже рассказали, на школьном родительском собрании «делилась опытом» о правильном кормлении детей, приводя в пример своего первоклассника, которому даже по торжественным дням не разрешали есть ничего «вкусненького», воспитывая из него достойного мужчину. На том дне рождения мне пришлось сидеть рядом с этой «особой» мамой и ее сыном. Когда всем предложили пирожные, «заботливая» мама попросила для мальчика стакан минеральной воды, мотивируя это тем, что ее сын не кушает сладкое. Угрюмо, смотря на лопающиеся пузырьки, танцующие в воде, наклонив голову, мальчик и в самом деле уставился в стакан, демонстрируя свое безразличие ко всему остальному, в то время как сидящая рядом с ним мама полушутя, по-свойски попросила хозяйку дома дать ей еще кусочек бисквита. Торт удался на славу, и, если не возражают, она съест его также за сына. Когда через какое-то время моя приятельница позвала женщину в соседнюю комнату, «изучающий» пузырьки мальчик оживился и его рот с жадностью хищника набросился на остатки торта в тарелке матери. Любому бы члену «общества чистых тарелок» было бы стыдно за свой брак в работе, если бы они увидели буквально отполированную языком ребенка поверхность десертной тарелки, где не осталось даже микроскопической крошки бисквита. В буквальном смысле слова, нализавшись остатками крема и крошками торта и получив, по-видимому, в самом деле райское наслаждение, мальчишка победоносным взглядом обвел всех нас, сидящих с ним за столом. Но потом вдруг какая-то туча затенила его лицо. И ребенок унизительно умоляюще попросил всех свидетелей райского наслаждения: «Только не говорите ей!» Кому «ей», никто даже из детей не уточнил. Всем и так было ясно. — 228 —
|