|
Теперь, когда можно было рассматривать эти примеры без страха обнаружить свою бессознательную жестокость, Мод могла пересмотреть все сначала с единственной целью - понять, почему добрые намерения давали осечку. Мод привела в пример ситуацию, когда ей требовалось уложить спать младшего ребенка, в то время как старший еще играл. Вначале она была практически уверена в том, что сможет уложить маленького до того, как трехлетка вновь потребует ее внимания. И все же, когда она услышала, что тот хнычет, она не стала тратить время на то, чтобы уложить и накрыть малыша как следует. Выходя из комнаты малыша, чтобы заняться старшим, который теперь уже плакал, потому что поранился, она интуитивно уже почти знала, что малыш через минуту тоже начнет плакать. Она пообещала себе быть терпеливой и вести себя как «хорошая мама» и побежала утешать второго сына, уже готовясь к тому, что заплачет малыш. Когда малыш заревел, она почувствовала панику и принялась утешать старшего, не испытывая ни малейшего сочувствия к его боли. В течение следующих пяти минут она бегала от одного ребенка к другому, не будучи в состоянии успокоить ни одного из них. При этом она все еще намеревалась быть хорошей матерью. В то же время она переживала чувство грандиозного поражения, поскольку совершенно не могла руководить ситуацией. Чувство того, что вместо этого она, напротив, зависит от детских капризов и болячек, внезапно уязвило ее. Их плач напомнил ей о ее собственном бессилии, ее собственной беспомощности. Прежде чем Мод успела понять, что она делает, она выхватила малыша из кроватки и швырнула на старшего в приступе гнева. Полностью отдавая себе отчет в том, что она только что сотворила, тем более что дети усиленно принялись орать, она в гневе схватила малыша и сунула его обратно в кровать. Потом она рванулась обратно к теперь уже истерически рыдавшему трехлетке, и принялась его бить, чтобы восстановить над ним контроль. Она осознавала чувство удовлетворения, которое получала от битья. Стыд, который повлекло за собой это чувство, и заставил ее остановиться, прежде чем она нанесла ребенку какой-либо физический ущерб. То, что Мод смогла связать в одну последовательность все эти события, произвело на нее огромное впечатление. Никогда раньше она этого не делала. Она всегда старалась забыть такие случаи, потому что ей было настолько стыдно, что она хотела бы притвориться, будто ничего такого на самом деле не происходило. Что оказалось важным, так это те признаки, по которым она на каком-то уровне (интуитивно, как она сама говорила) определяла, — 254 —
|