|
196 VI. Примирение с жизнью сыном, и Диди - ее дочерью. Она решила, что должна высказывать свое мнение и требовать пространства для себя. Более того, она должна осмелеть настолько, чтобы отстаивать свою точку зрения - касается ли это футбола, политики, покраски волос, или чего бы то ни было еще, - не страшась репрессий. Прошло несколько месяцев, прежде чем она смогла сделать это на самом деле. Джулия осознала, насколько далеко зашла она в своем соглашательстве. Для нее становилось все более и более очевидным, что без поддержки Майка она чувствовала себя такой маленькой и такой беззащитной перед лицом очевидной уверенности других, что сама стала такой же обнаженной и уязвимой, как земляной червь. И хотя у нее все так же не было возможности обсудить это все с Майком, теперь она уже полностью принимала поведение Майка, которое могло казаться бредовым. Она не только примирилась с тем, что он сделал и сказал, - она была ему за это благодарна. Она воспринимала его поведение как жертву. Она сомневалась в том, что могла бы когда-нибудь так хорошо понять себя и начать борьбу за право быть сильной, без того вызова, который он ей бросил. Он видел ее насквозь, и заглянул так глубоко, как ей самой до сих пор не удавалось. Она приходила в ужас при мысли о его одиночестве. Он нес тяжкую ношу за них обоих. Она сбежала, предоставив ему справляться самому, как только у нее появилась возможность получить защиту других, более сильных, чем он. Джулия написала Майку длинное письмо, чтобы объяснить, как она теперь видит ситуацию, как только это стало окончательно ясно ей самой. Копии этого письма она раздала всем остальным членам семьи. Эффект был впечатляющим. Сначала разгорелось множество семейных дискуссий. Родные несколько раз сказали, что Джулия сошла с ума, так же, как и ее сын. Она не останавливалась. Ее способ самовыражения стал гораздо менее запутанным и более соответствующим той ситуации, в которой она оказалась. Во время терапевтических сессий ей приходилось постоянно напоминать о том, что, прежде всего, ее цель заключается в том, чтобы сражаться за правду и целостность. Ей приходилось бороться с собой, чтобы не обвинять мужа, Норма или Диди. Она часто ранила их чувства разнообразными неуместными всплесками жалости к себе и выступлениями в защиту Майка. Но, несмотря на все это, в семье установилась новая форма общения. Первым осязаемым результатом было заявление Диди о том, что она переезжает. Они с приятелем сняли квартиру на двоих. В течение месяца Джулия переоборудовала ее комнату для Майка. Она перенесла туда вещи Майка и известила его о том, что дом ждет его. Майк отказался, но захотел, чтобы она снова пришла в больницу. — 245 —
|