|
160 V. Творческие исследования Подобно этому, размышления над образами прошлого могут быть настолько конструктивными, насколько усердно вы придаете им форму и объем, создающие умиротворенность между прошлым и будущим. Понимание того, что вчера вы сделали правильно или неправильно, может принести исключительную пользу, когда вы станете планировать ваше «завтра». Если вы обнаруживаете, что ваш вчерашний опыт воплотился в деструктивный образ, этот образ вы сможете изменить и улучшить, лишь как следует поразмыслив над ним. Таким образом, привычка регулярно пересматривать образы прошлого становится критически важной, если вы хотите продвинуться в деле создания конструктивных образов для будущего. Конечно, многие люди не привыкли долго размышлять над такими вопросами. Современный подход к жизни в западном обществе не поощряет такую рефлексию образов, при помощи которой мы формируем себя. Ритуалы типа молитвы или медитации почти никем регулярно не практикуются. Ближе всего большинство людей подходит к конструированию новых образов и историй, в соответствии с которыми будут жить, когда они смотрят телевизионные программы и следуют за чужими мыслями. К сожалению, такой подход почти не дает возможности перерабатывать эти образы и выбирать из них наиболее конструктивные. При отсутствии такого процесса осмысления воображение делается не активно, а пассивно рефлексивным, и человек упускает его способность предвидеть и прогнозировать, и оказывается погребен под огромным количеством противоречивых историй. Здесь экзистенциальная терапия может помочь человеку очнуться от сна пассивного воображения и научиться отслеживать его собственные видения, создавая свою внутреннюю реальность. Экзистенциальный подход поощряет человека заниматься своими собственными фантазиями и, играючи, мысленно воссоздавать их. Тине нужна была именно такая помощь. На терапевтическое консультирование она пришла в состоянии замешательства. Телефон консультанта ей дали 15 месяцев назад, и она хранила его в сумочке на крайний случай. Только теперь она нашла в себе силы говорить о том, что ее беспокоит, поскольку раньше она всегда надеялась, что ее трудности и плохое самочувствие магическим образом исчезнут. Наконец стало ясно и очевидно, что положение не улучшилось, а ухудшилось, и что ей нужна помощь. Тине было 23 года. Ее отец был родом их Восточной Индии, а мать - белая, родившаяся и выросшая на юге Лондона. Тину растили мать и отчим, тоже белый. У нее были две сводные сестры. Отец и родственники по его линии по большей части оставались в тени, хотя иногда она с ними встречалась. Тинин образ себя был очень противоречивым. Выросла она, считая себя белой, как все члены ее семьи, с кем она жила, но лет с тринадцати домашние ее стали поддразнивать за шоколадный оттенок кожи. По сравнению с ее цветом кожи младшие сестры выглядели совсем бледными, и сначала она решила, что они завидуют ей, что она так быстро загорает летом. Когда отчим принялся отпускать обидные замечания в ее адрес и начал выживать ее из дому, чтобы она переехала в дом к отцу, она поняла, что на самом деле происходит. — 198 —
|