|
Цели и ценности Дугласа были всегда в четком соответствии с внешним распорядком, в который его бытие прекрасно вписывалось. Он вырос в строгой католической семье в большом австралийском городе. Оба его родителя принадлежали влиятельным медицинским кругам, отец был известным хирургом. Дуглас, как и его старший брат, был готов пойти по стопам отца, когда у него появилась возможность поехать в Англию и пройти двухгодичное обучение, после которого он мог бы стать врачом другого профиля. Не особо сомневаясь в Мир духовный 95 правильности решения, Дуглас решил воспользоваться «единственным в жизни» шансом и без дальнейшего шума отправился в Британию, хотя его семья не вполне одобряла такое изменение курса. Сначала ему очень нравилось в Британии. Из Австралии он никогда прежде не выезжал и выжал из своей поездки все что мог, осмотрев вдоль и поперек все достопримечательности страны, используя для этого каждую свободную минуту. Он был так занят работой в больнице, поездками и походами в гости, что, как он сказал, вряд ли заметил, что он не дома. Потом, когда лучшая часть первого года жизни в Британии подходила к концу, его вдруг осенило (он был в это время в Саутворкском соборе5), что он ни разу за все время пребывания в Англии не смог по-настоящему помолиться. Это погрузило его в такую печаль, какой он до этого ни разу не испытывал, и которая никак не хотела его оставить. Он перепробовал все, чтобы спастись от меланхолии: пробовал молиться в разных церквях, пробовал развлечься на вечеринках с друзьями и коллегами, пробовал пить, пробовал писать письма домой, наконец, пробовал принимать антидепрессанты. Все было бесполезно. Печаль никуда не делась. В терапевтическом консультировании он пытался списать это на тоску по дому. Он надеялся, что, работая еще усерднее, чем раньше, он заставит время бежать быстрее, два года пролетят незаметно, он сможет вернуться домой к нормальной повседневной жизни и вновь будет чувствовать себя прекрасно. Однако его беспокоило, что он теряет понапрасну столь ценное время жизни за границей и что теперь не сможет больше наслаждаться своими развлечениями далеко от отчего дома. Это упоминание о его пребывании в Англии как о проделке, развлечении, повернуло работу в нужное русло. Он впервые признался себе, что два года в Англии изначально были задуманы как отдых от напряжения и стрессов его австралийской жизни. Он никогда всерьез не собирался приниматься за эту новую карьеру, но был настроен исключительно на возвращение в старую колею, конкретно в то место, где из нее вышел. Что его удивило, так это то, что он так всерьез воспринял все это приключение, и что он начал чувствовать вину за то, что так долго отсутствует. — 117 —
|