Самосознание личности

Психологическое консультирование в таком случае оказывается ослабленным видом психотерапии, ориентированным на частные, ситуативные проблемы и трудности в деятельности и развитии человека, за которыми, впрочем, проступают более общие психологические причины.

Хотя и различные по своему объекту виды психотерапии имеют много общего в средствах, формах, методах проведения, в дальнейшем мы будем иметь в виду лишь наиболее психологические виды, так называемую психотерапию неврозов и психотерапию и консультирование здоровых с медицинской точки зрения людей.

В современной психотерапии существует множество различных школ, направлений, техник воздействия. Многие из них оказываются эффективными в устранении одних и тех же психических нарушений, нарушений в развитии, поведении или взаимоотношениях человека. Одновременно с этим неудачным может оказаться применение даже самой совершенной техники. Этот факт заставляет предполагать, что существует некоторый неспецифический терапевтический фактор, который присущ самым разным психотерапевтическим техникам и который проявляется в каких-то ситуациях.

"Поскольку психиатры, – пишет Т.Шибутани, – принадлежащие к различным школам, достигают примерно одинаковых успехов, можно сделать вывод, что методики, основанные на разных доктринах, не оказывают значительного влияния на выздоравливание" [140, 435].

Какова же природа этого неспецифического воздействия? Можно предполагать, что эффективность психотерапии зависит прежде всего от индивидуальности психотерапевта. Другое предположение – эффективность психотерапии кроется в особом характере отношений, складывающихся между психотерапевтом и пациентом (клиентом). И наконец, можно предполагать, что причины эффективности кроются в индивидуальных характеристиках самих пациентов: некоторые из них по своим индивидуальным характеристикам способны к изменению и развитию и им достаточно любого внешнего "толчка" в направлении этого развития, а другие не способны к такому развитию.

Каждое из объяснений охватывает некоторый существенный момент в выявлении причин эффективности психотерапевтического процесса, и все же любое из этих объяснений само по себе недостаточно.

Точка зрения, которую мы высказывали ранее [123; 124] и намерены развить на страницах этой книги, состоит в том, что неспецифическая эффективность различных психотерапевтических техник объясняется особым сочетанием всех трех указанных факторов, причем сочетанием, которое никак не сводится к их механической суммации по принципу эффективность = идеальный психотерапевт + универсально-оптимальный терапевтический контакт + особо податливый пациент. Эта точка зрения состоит в том, что неспецифический терапевтический эффект будет проявляться в той мере, в какой психотерапевтический процесс укрепляет или достраивает структуры самосознания и тем самым активизирует и оптимизирует его работу. Продолжением этого тезиса является то утверждение, что всякая психотерапевтическая техника, достигающая позитивного результата, неизбежно направлена помимо любых других целей и на усиление самосознания клиента. Соответственно терапевтический эффект – в конкретном случае взаимодействия пациента и терапевта – будет зависеть от того, насколько избранный метод (при данных особенностях индивидуальностей пациента и терапевта и данной специфике подлежащей терапии проблемы) соответствует задаче усиления активности самосознания пациента. Эта точка зрения имеет, естественно, своих исторических предшественников. В 1921 г. Э.Джонс предложил классификацию психотерапевтических методов лечения неврозов, базирующуюся на "критерии самодеятельности". Этот критерий "основывается на степени той активности, которую удается вызвать у пациента с целью получить его содействие в задаче самостоятельного изменения им своего психического состояния" [35, 45]. Это стремление, пишет далее Э.Джонс, которое не является чуждым ни одному психотерапевтическому методу, не во всех методах, однако, выступает с одинаковой отчетливостью на передний план. Даже самый прогресс психотерапии как науки Э.Джонс связывает с выявлением значения этой самодеятельности, с перемещением акцента с "личного влияния" врача на самодеятельность больного.