Самосознание личности

Своему другу могла бы дать верную дружбу, взаимопонимание, была бы любящей женой.

Мужа представляю себе человеком с чувством юмора, интеллигентным, любящим, понимающим, сочувствующим и уважающим мои привязанности.

Как показывает анализ протокола, испытуемая относится к персонажу А с симпатией и сочувствием, с уважением к ее личности. Испытуемая употребляет первое лицо в ответах за персонаж А, вообразив "театральную неудачу", старается найти иной позитивный вариант жизненного пути своей героини. Испытуемая многократно характеризует персонаж А "изнутри", указывая на ее чувства, мысли. Симпатия проявляется и в характеристике персонажа А как будущей жены, и в характеристике ее мужа.

Отношение, выраженное к персонажу В в целом, совпадает с выраженным к А. Это выражается в описании профессиональной сферы и сферы общения и семьи.

Единственное различие, пожалуй, кроется в большей отдаленности самой испытуемой от персонажа, большей межличностной дистанции.

Характеризуя отношение в триаде, испытуемая устанавливает абсолютно симметричные связи между всеми тремя вершинами треугольника (Я, А, В). Каждую из сторон нарисованного экспериментатором треугольника она подписывает так: "знакомство, дружба, товарищеские отношения". Чувства, которые испытывает каждый из трех участников возможного общения к каждому, также одни и те же: "чувство доброжелательности, товарищеские отношения". В самоописании испытуемая открыта, хотя и лаконична, к себе демонстрирует отношение, сходное с тем, которое демонстрирует к персонажам, можно заметить и сходство в содержании приписанного другим и себе.

АНАЛИЗ И ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

Итак, по характеру спонтанно выраженного отношения к персонажам испытуемых удалось классифицировать в четыре группы.2 Как мы уже отмечали, пристрастность, с которой испытуемые писали о "персонажах, отчетливость эмоционально-ценностного отношения, выраженного к ним, на первый взгляд кажутся неоправданными и неожиданными и, особенно если сопоставить эту эмоциональную насыщенность описаний со скупостью исходной информации, заключенной в портретах. Объяснение кроется в самом характере процедуры. В портрете может оказаться значимой для испытуемого всего одна какая-нибудь черта, всего несколько слов, да и сам портрет может состоять из одной строки (ср. портрет персонажа А испытуемой Т.Г. из III группы – использован фактически только фактор С ). Но если эта черта значима для испытуемого, входит в его "Я-концепцию", то в ответах об этом персонаже он как бы наращивает плоть на тот скелет, на который лишь намекает портрет. В результате чем больше испытуемый приписывает персонажу, тем реальнее он для него становится. В конце концов испытуемый начинает ссылаться на то, что он сам же приписал как на якобы объективно присутствующее в портрете-с этим фактом мы не раз сталкивались при анализе протоколов испытуемых. Апогея этот процесс достигает тогда, когда испытуемый додумывает взаимоотношения з триаде, т.е. в конце эксперимента.