|
Наконец через четыре часа пути, во время которого сделали только один краткий привал, ребята увидели первые холмы, за которыми едва угадывались черные горы перевала. Скалистые горы сливались с сумрачным нависшим небом, они были еще очень далеко, но от них веяло холодом и угрюмостью. Казалось, что за этими черными камнями больше ничего нет, там — край земли, конец обитаемого мира. Туристы остановились, пораженные открывшимся перед ними пейзажем. Неудивительно, что манси объявили эти края заповедными, смертельно опасными, называя их местом обитания духов и мертвецов, не нашедших покоя в Нижнем мире. Именно здесь, по верованиям вогулов, и находится вход в тот самый Нижний мир, ведомый лишь избранным шаманам. — Да уж, приятное местечко, ничего не скажешь! — протянул Руслан Семихатко. К нему присоединился Феликс Коротич: — Пейзаж довольно мрачный. Отчего это горы такие черные? — Скорее всего, это вулканические породы, — принялся объяснять Егор Дятлов. — Этим скалам миллионы лет, они появились еще до динозавров. Или при них. Раньше здесь был другой климат, море доисторическое плескалось, ныряли гигантские ящеры, а вулканы то и дело извергали лаву, землетрясения происходили постоянно. Вот тогда и появились эти черные горы. А в ледниковый период сюда наволокло с потоками снега и льда массу громадных камней-валунов, видите, верхушки торчат из снега? Действительно, там и сям из снега торчали странной формы большие камни, словно разбросанные великаном, развлекавшимся в этом забытом краю. Солнце уже садилось, серые сумерки заволокли все вокруг, на душе у туристов немного похолодало. Однако следовало торопиться, чтобы успеть разбить лагерь до темноты и хоть немного обследовать окрестности, казавшиеся чрезвычайно интересными, хотя и пугающими. Снова заскрипели по снегу лыжи, снова запыхтели уставшие туристы, приближаясь к перевалу. Степан бдительно оглядывал окрестности, готовый к сюрпризам, которых уже и так было немало. Где-то здесь проводят вогульские шаманы свои древние шабаши, возможно, приносят человеческие жертвы; эти фанатики готовы на все, лишь бы сохранить тайну Сяхат-Хатыл, сохранить свое могущество и власть над местным населением. Степан ощущал тяжесть ружья, помнил о рации, по которой он мог в любое время осуществить связь с Центром, запросить помощь, знал свои мастерство и силу, но изнутри словно выпили всю его жизненную энергию, чувство победителя, уверенность в превосходстве над врагом. Да и кто он, этот таинственный враг? Что готовит он горстке туристов, осмелившихся забраться в этот богом забытый край и потревожить вековые обычаи и порядки, существовавшие здесь испокон веков? — 180 —
|