|
Я снова пришёл в раздражение, так как мой напарник хоть и не утверждал, что мой ум был дезорганизован, как это говорил профессор Чикеринг, всё же унижал меня, доказывая, что я мысленно подчинялся воле другого человека. Я посидел в задумчивости, а затем сказал: "Вы согласны встретиться с этим персонажем?" "Согласен". "Не спрячетесь ли Вы завтра вечером в моей комнате?" "Конечно, спрячусь". "В таком случае, я отдаю себя Вашему руководству, и в надлежащий момент Вы предстанете перед ним". "Если это должно произойти, то Вы должны проявить большее самообладание, чем раньше". Затем мой друг подробно объяснил нашу линию дальнейших действий. Когда он ушёл, я почувствовал большую радость и утешение от того, что теперь у меня есть помощник. Была также определённость в том, что вместе мы могли лишить силы этого страшного властителя ума, ибо сейчас я чувствовал убеждение, что со мной, как с игрушкой, играл человек, знающий больше признанных границ, открытых для обычного учёного. Моя беспечность и эмпирический опыт были, вероятно, обнаружены каким-то образом, лучше известным ему самому, Я-Человеку, и привели его к поискам моего приятеля. Теперь он имел надо мной власть, подобно формовщику, отливающему фигуру.
"Объект видит мозг, а не глаза"
"Давайте же продолжим чтение манускрипта". "Нет, - сказал я - мы не будем продолжать". Он взглянул на меня с явным удивлением и спросил: "Что же Вы хотите?" "Я хочу, чтобы Вы выслушали меня" - сказал я твёрдым тоном. "Ну?" "Вы играете со мной и используете меня для тайной цели, Вы не читаете повествование и не рассказываете факты". "Дальше". "Я больше не поддаюсь на этот обман". "Назовите Ваши претензии, и если возможно, я удовлетворю их" - мягко сказал он. "Каким-то психологическим образом Вы связали моё внимание и вынудили мой ум к подчинению. Вы заставили меня видеть вещи, которых нет, и пропустить то, что есть". "Назовите их". Я вынул из своего кармана аккуратно подготовленный листок бумаги моего друга и прочитал следующее: — 208 —
|