|
Грузовик Колли свернул с дороги. Мы тоже поменяли курс и поехали следом за ним. Мое тело звенело от потока адреналина. Я взглянул в глаза Олифанта и понял, что он испытывал то же самое. Олифант менял барабаны; оба ствола его «Виккерса» дымились, словно горели в огне. Мы слетели с дороги и понеслись к скалам на скорости сорока миль в час. Наверху я заметил две полоски пыли, направлявшиеся к «Мамонту». Из них вырывались искры трассирующих пуль. Это могли быть только люди Джейка, Ника или Мейна. На таком большом расстоянии я видел лишь общую картину происходящего. Сильно трясло, биноклем воспользоваться было невозможно. Тем не менее я видел, как машины, кому бы они ни принадлежали, мчались вдоль гребня, поднимая вихри пыли и мела. Внизу на равнине наша колонна из трех машин создавала свой собственный циклон. Как бы странно это ни звучало, в нас никто не стрелял. Мы двигались так быстро, что обгоняли сигналы тревоги. Что-то заставило меня посмотреть на небо. Мое сердце едва не перестало биться. Прямо на нас неслись два «Харрикейна». Я видел их пропеллеры, похожие на ветряные мельницы. Я видел огонь, который вырывался из пулеметов, расположенных на крыльях. Они стреляли в нас. Наверное, пилоты заметили столб пыли, поднятый нашими машинами. Эта мысль пришла мне в голову за миг до того, как по кузову застучали пули. Я никогда не слышал ничего подобного. Даже громкие выстрелы танков T-IV и высокоскоростные разрывные снаряды «Восемь-восемь» не могли сравниться с яростью этого обстрела. Пули щелкали спереди, сзади, с обеих сторон. Их звук походил на конец света. Клянусь, что любое существо из смертной плоти, каким бы смелым оно ни было, не вынесло бы такого свинцового шторма, не излив на ноги содержимое своих кишок. «Харрикейны» летели так низко, что концы их крыльев едва не задевали песок. Я мог видеть лица пилотов. — Парни, мы же свои! — проорал им Панч, добавив несколько отборных ругательств. Олифант тоже что-то выкрикнул, указывав на самолеты, которые с креном набирали высоту. Я не расслышал его, но понял, что он имел в виду. Истребители должны были скоро вернуться. Позже мы узнали, что на плато воцарился тот же ад. Пыль, замеченная нами, действительно была поднята машинами Джейка, Ника и майора Мейна. Два других «Харрикейна» тоже увидели ее. Вероятно, они по ошибке приняли наших парней за цель и не обратили внимания на красный сигнальный дым, помечавший «Мамонт» Роммеля. А возможно, летчики, как и мы, опьяненные адреналином, стреляли только в то, что двигалось. Лев ведь тоже гонится за убегающей газелью, оставляя в покое всех неподвижных зверей. — 115 —
|