|
— Нам обещали емкости, специальные емкости, — проговорил генерал, покусывая губы, — нам обещали обеспечить вывоз, но не выполнили ничего. Тогда мы вынуждены были… — Генерал замолчал. — Я вас понял, — успокоил комдива Куманин, — во всем виновато высшее командование, которому вы вынуждены были подчиниться, чтобы обеспечить процесс боевой подготовки вверенной вам дивизии, а вместе с тем и безопасность нашей Родины. Выпускник МГИМО, которого готовили в дипломаты — это вам не бывший курсант провинциального артиллерийского училища! Весьма заинтригованный беседой с командиром дивизии, из которой он не понял ровным счетом ничего, кроме того, что дивизия является Краснознаменной, Куманин в сопровождении начальника химслужбы и двух солдат поехал к старой часовне. Площадь, занимаемая дивизией ПВО, на первый взгляд, была равна территории Бельгии, никак не меньше. Действительно, у Симферопольского шоссе стоял запасной КПП, а где находился основной, даже трудно было сориентироваться. Куманин нисколько бы не удивился, если бы с главного КПП выехал на Ленинградское или Ярославское шоссе: через территории частей проходили как минимум две железнодорожные ветки. Солдаты разгружали вагоны и нагружали их. По подъездным путям шныряли военные грузовики, набитые досками и какими-то хитрыми штуками под брезентом. Попадались таинственные постройки неясного назначения, но явно производственного характера. И хотя повсюду висели плакаты типа «Воин-ракетчик! Бдительно охраняй мирный труд советского народа!», самих ракет нигде не было видно. Возможно, они были хорошо замаскированы. Проехав километров семь, штабной газик свернул на проселок и остановился у щита, на котором были нарисованы череп и скрещенные кости и красовалась надпись: «Внимание! Опасная зона!». — Дальше нельзя, — вздохнул майор-начхим, — надо пешком и в противогазах. — Что еще за новости? — возмутился Куманин. — В каких противогазах? Куда вы меня привезли? — Куда приказано, — сказал начхим, — вы же хотели место у часовни осмотреть. Тут уже недалеко, примерно с полкилометра. — А противогазы-то зачем? — Куманин последний раз натягивал противогаз на военных сборах в институте и никаких приятных воспоминаний об этом не сохранил. Главное, что запомнилось — в противогазе ничего не видно. — Я думал, вы в курсе, — неуверенно произнес начхим. — Разве командующий вас не предупредил? Командир дивизии говорил много, но по существу не сказал ничего, видимо считал, что Куманин в курсе. — 230 —
|