Ультрасовременный ребенок

И все-таки в чем же главная сущность этого новомодного явления чайлдфри, будоражащего умы современных подростков и молодежи?

Думаю, что, скорее всего, – жить во имя себя, а не во имя детей, как гласили всевозможные лозунги и установки в большинстве стран в последнее время, затрагивающие этот аспект нашей жизни.

Жить во имя себя, то есть жить эгоистом. Во всяком случае, так кажется на первый взгляд. Но эгоизм нам помогает выживать, да и само это понятие весьма растяжимо.

Начав свое шествие из Калифорнии, благодаря преподавателю средней школы Лесли Лафайет, условно назвавшись «CFN», это движение отстаивает право семейных пар решать им самим, а не под давлением общества, иметь им детей или нет, отвергая известную истину, что ребенок – продолжение тебя самого.

Но не каждый из нас хочет иметь свое продолжение, особенно если жизнь не удалась, и не каждый из нас способен заботиться об этом продолжении, не говоря уже о стрессе самих родов. И «быть или не быть» решают муж и жена, и «не быть» – это тоже полноправное решение. Пусть лучше сразу «не быть», чем рождение ребенка в виде побочного продукта секса, над которым будут потом совершать всевозможные акты насилия всю его жизнь, и причем не только вербального, но и физического.

Молодежь, поддерживающая движение чайлдфри, объясняет свою поддержку этого движения по-разному, и прежде всего, конечно, желанием упиваться «этим сладким словом – свобода», – свободой от всяких обязательств перед кем-то, от чувства долга, от чувства вины, от материнско-отцовских отношений, свободой в своем сексуальном выборе. Короче говоря, такая молодежь упорно и настойчиво пытается отстаивать собственное право выбора стиля и образа своей жизни, может быть, несколько и противоречащего современным понятиям большинства из нас, но все мы имеем индивидуальные различия.

И собственно, эти различия и создают нашу неповторимую самобытность. И хотя эта неповторимая самобытность, группируясь с нечто похожим, и теряет свой шарм, в популяции «выжить» ей легче, и приходится индивидуальности расплачиваться за «выживание» этой же индивидуальностью.

Чайлдфридцы хотят в полном смысле жить «здесь и сейчас», а не позже, потом. Для них важно сорвать яблоко с «древа познания», не задумываясь при этом о божественном наказании. Им хотелось бы, чтобы не было ограничений в их желаниях из-за каких-то детей. Это вовсе не значит, что они полностью не приемлют их и ненавидят. Они просто считают, что ребенок лишь должен появиться в семье, где действительно необходим, а не так, как сейчас очень часто бывает, – по инерции или из-за того, что с абортом уже опоздали.