|
— Что скажете, если я предложу вам писать о религии на полную ставку? Сердце мое гулко забилось. Она что, шутит? Никогда раньше мне не предлагали ничего подобного! — Я бы с удовольствием, — ответил я. — Но как же ваш нынешний религиозный репортер? — Переведем ее на другое направление, — ответила она. Хоть и страшно не хотелось об этом говорить, я признался, что на зарплату репортера мне не прокормить семью. — Не беспокойтесь, об этом я позабочусь, — ответила она. — Так что же, соглашаетесь или нет? И широко улыбнулась. Ей очень хотелось заполучить меня на эту работу, но вряд ли она догадывалась, что еще больше этого хочу я сам! — Почту за честь. Так две недели спустя я стал сотрудником религиозного отдела «Таймс». *** В колледже у меня было две страсти (не считая секса и пива) — спорт и новости. Сам я считал себя настоящим прессоманом — обожал читать газеты и журналы. Интернета в то время не было, и я частенько отправлялся в библиотеку Калифорнийского Университета Ирвайн и сидел там часами, листая подшивки прессы со всей страны. Журналистика — будь то новости, репортажи, аналитические статьи — меня завораживала. Любимой моей книгой в те далекие времена был роман Хантера Томпсона «Страх и ненависть в Лас-Вегасе»: о журналисте, который, накачавшись наркотиками, едет на выходные освещать байк-шоу. Первую фразу этого романа — «Накрыло где-то около Барстоу, у края пустыни»[1] — я и сейчас помню наизусть. К концу первого года в колледже я все еще не знал, чем собираюсь заниматься в жизни. Специализировался я на политологии, однако, в отличие от большинства однокурсников, не собирался становиться юристом. Мне казалось, адвокатам живется не слишком весело. Не зная, на чем остановиться, я спросил совета у друга своих родителей, мудрого человека. Он ответил: подумай, что тебе нравится, и сделай это своей профессией. Тогда сможешь всю жизнь заниматься тем, что доставляет удовольствие, да еще и получать за это деньги; а любовь к своему делу поможет тебе преуспеть. Я подумал: что, если стать журналистом, как Хантер Томпсон или его коллеги из мейнстрима, Вудворд и Бернстайн? — Мне нравится журналистика, — ответил я другу родителей. — Может быть, мне стать репортером? — Отлично. У вас в колледже газета есть? Дуй туда! На лужайке перед входом в офис «Нью Юниверсити» (еженедельной газеты Университета Ирвайн) я просидел не меньше часа, собираясь с духом. Наконец, с сердцем, бьющимся где-то в горле, поднялся на второй этаж, где располагалась редакция, заглянул в приоткрытую дверь... — 37 —
|