|
По поводу мелких алогичностей — может ты мне их конкретно укажешь, а может стоит сделать и иначе. Я ещё поработаю над книгой, доведу её до “кондиции” и потом перешлю к тебе. На рецензию. Но кроме всего прочего, я полагаю, что в моём труде есть некоторые удачи. Это и определение жизни и смерти. Определение эго и некоторое другое. Ты же, наверное, увидел в ней не только сплошной негатив и недоработки, может сообщишь мне и об удачных сторонах моего труда… По поводу стремления к духовному Просветлению — я с тобой совершенно согласен. Но ведь уже сегодня я что-то могу сделать и что-то изложить в гораздо более понятной и чёткой форме, чем другие люди. Наблюдая всё ужасающее людское невежество вокруг, хочется нести этим людям свет духовного знания… На сем пока завершаю. Жду ответа. Искренне твой И. Милый И.! Остановись! Ты плохо кончишь! Отложи писание лет, хотя бы, на 5. У тебя сейчас нет понимания. Ещё один пример — твои поздравления. Ну какое имеют отношение к духовно идущим людям всякие круглые даты?! С чем ты поздравляешь? Поздравлять можно с личными достижениями. Такие поздравления — выражение личной радости за другого. Всё остальное — проявления яркой “человеческой формы”[19]. А Бог — ни в коем случае не “информация”. Бог — Живая Сверхчеловеческая Любовь, Наисовершеннейшее и Безграничное по размерам Существо, Он — воистину Любящий. И должен стать Главным Любимым для каждого из нас. Мы должны полюбить Его той любовью, которой мы любили самого любимого человека, только ещё гораздо сильней. Мы должны именно влюбиться в Него, причём без даже малейших признаков эгоизма. Такова реальность для тех, кто знают Его. … А ты говоришь, что Он — …”информация”… Сможешь ли ты влюбиться в неё? Хотел ли бы ты стать сам ею?… Твоя главная проблема состоит в том, что ты не представляешь себе, что такое есть истинная Любовь. И этому нельзя научиться, живя сознанием постоянно в головных чакрах. Я же тебя уже давно уговариваю заняться освоением и развитием своего духовного сердца. Успехов тебе! Владимир Антонов Здравствуй, Владимир. Я, честно говоря, не могу до конца понять твоих протестов по поводу моей книги. Но твой авторитет для меня крайне высок и я решил подчиниться твоим требованиям. Книгу я издавать в ближайшее время не буду. Только доделаю её — вычитаю и доведу до логического конца на сегодняшнем уровне моего понимания — и пусть лежит в рукописи (осталось работы дня на три-четыре). Глядишь, в будущем куда-нибудь сгодится. — 30 —
|