|
По статистике в Соединенных Штатах с 1947 по 1968 год в течение двух месяцев, следующих за самоубийством на «цервой странице», случалось на 58 самоубийств больше, по сравнению со средним уровнем. Мало того, при рассмотрении данных метрики и анамнеза выявлялось поразительное сходство между ситуацией первого, ставшего знаменитым самоубийцы и ситуациями тех, кто покончил с собой вслед за ним. А именно, если самоубийца был в возрасте, то учащались самоубийства среди пожилых людей, если же самоубийца принадлежал к определенному социальному кругу или профессии, то учащались самоубийства в этих сферах и т. п. Но Филипс не ограничился лишь этой констатацией: прибегнув к анализу возможного «эффекта Вертера» не только в случае самоубийств, он показал, что данный эффект проявляется и в других случаях, как, например, в случае актов насилия, или, наоборот, в случае героических поступков. Необходимым условием являлось их широкое «рекламирование» и тот факт, что адресатом сообщения являлся человек, похожий или воображающий себя похожим на протагониста рассказанного эпизода. На основании этого исследования становится очевидным то напоминающее могущество механизма проекции и идентификации, о котором было сказано выше, а также его эффективность в вызывании подражающего поведения со 102 стороны получателей сообщения, ощущающих свое сходство с героем происшествия. Поскольку психотерапия заинтересована в продуцировании изменений в поведении и в представлениях пациента, нам кажется, что не следует пренебрегать необыкновенным могуществом, которое могут иметь анекдоты, истории и действительно случившиеся эпизоды, подходящие к проблемной реальности пациента. Посредством описанных механизмов они приведут субъекта к изменению в его схемах действия по отношению проблеме, а они. в свою очередь, приведут к последующему изменению его перцептивных и когнитивных схем. 5.2. Предписания поведения Предписания поведения, которые пациент должен выполнять вне сессии в интервале между двумя встречами с терапевтом, играют фундаментальную роль в стратегической терапии. Как было показано выше, для того чтобы что-то изменить, нужно пройти через конкретный опыт: предписания поведения предоставляют возможность прожить такой конкретный опыт изменения вне терапевтического сеанса. Этот фактор заслуживает самого пристального внимания, поскольку то. что пациент активно действует без непосредственного присутствия терапевта и в рамках своей повседневной деятельности, является для него .лучшей демонстрацией его собственных способностей изменить проблемную ситуацию. Тот факт, что пациент выполняет некоторые действия неосознанно, поддаваясь эффекту использованных терапевтом поведенческих ловушек, не изменяет это утверждение, поскольку, осознанно или нет. но пациент осуществляет то. что раньше сделать был не в состоянии. Подобный опыт, будучи однажды пережит, становится осязаемым и неоспоримым доказательством — конкретным и реальньлм — того, что пациент может преодолеть свои трудности. Это с очевидностью приводит к открытию новых перспектив восприятия и реакций на проблемную реальность. — 66 —
|