|
Категория стыда относится к оценке собственного действия индивидом, который вобрал "в себя общественное осуждение и одобрение", который способен "предположить, какова будет реакция других", и "представить себе, как вообще могут быть оценены подобные действия" [36, 63-64]. Категория чести фиксирует переход от оценки своих действий к "обобщенной оценке своего личного облика, который затем становится для него ориентиром (подобающей мерой и образцом) для выбора единичных поступков" [36, 64]. Категория достоинства также фиксирует момент моральной регуляции поведения; поддержание достоинства, которое "мыслится как всеобщее достояние", как идеал человека данного общества, не позволяет индивиду "совершать поступки ниже своего достоинства" [36, 66]. Наиболее важна категория совести. Если чувство собственного достоинства повелевает человеку стремиться жить в согласии с собой, стремиться к внутренней удовлетворенности, то совесть с точки зрения этики иначе регулирует человеческое поведение. "В явлениях внутреннего опыта, – пишет О.Г.Дробницкий, – которые мы относим к совести, имеет место другое – (1) критическое отношение к себе, не удовлетворяющееся достигнутым, ощущение разлада с собой, противоположное тенденции к внутреннему согласию; (2) стремление не только утвердить себя в собственных глазах, сколько отдать себя безусловно служению какой-то более значимой идее или делу (скажем, гуманности, справедливости, правде), т.е. отказ от какого бы то ни было собственного интереса в моральной деятельности; (3) предъявление к себе таких "завышенных" требований, подчас невыполнимых целиком в создавшейся ситуации, которые вызывают драматическое ощущение разлада с внешней действительностью" [36, 67]. Эта краткая "экспозиция" этических категорий нравственного сознания (и самосознания) человека показывает, сколь дифференцированными могут быть формы регуляции его деятельности. В психологии, однако, эти формы влияния самосознания на человеческую деятельность рассматриваются нерасчлененно – и это, по-видимому, отчасти есть негативный эффект "эмансипации" психологии от философии, в результате которого исследователи редко обращаются к философским аспектам проблемы. В многочисленных исследованиях, как правило, фигурирует "низкая или высокая самооценка" или "низкое или высокое самоуважение" безотносительно к специфической природе тех или иных самооценочных явлений. Если когнитивный аспект "Я-образа" понимать как восприятие любых своих свойств, качеств, достоинств, одновременно с представлением о должных качествах, свойствах, а эмоциональный аспект "Я-образа" как самооценку или интеграцию этих самооценок (самоуважение), то неудивительно, что почти все в поведении человека оказывается зависимым от этих глобальных параметров. Так, например, лонгитюдные исследования С.Куперсмит, в которых в течение 8 лет прослеживались последствия высокой, средней и низкой самооценок8 у группы мальчиков, начиная от предподросткового возраста до вступления во взрослый период жизни, продемонстрировали крайне широкий спектр таких последствий [162]. Так, мальчики из группы с высокой самооценкой характеризовались как активные, экспрессивные, в целом успешные в учении и социальных отношениях, лидеры в дискуссиях, они не отступали при несогласии с ними других, были частично нечувствительными к критике, высокозаинтересованными в общественных делах, мало отягощенными чувством тревоги. Они выглядели как доверяющие собственному восприятию и реакциям и верящие, что их усилия приведут к успеху. Они обращались к другим с ожиданием, что те будут с ними дружелюбны. Их оптимизм покоился не на фантазиях, а на обоснованной оценке их способностей, навыков и личностных качеств. Они не были поглощены внутренними проблемами и гораздо реже страдали психосоматическими расстройствами, чем их сверстники из группы с низкой самооценкой [162, 98]. — 46 —
|