|
Но и у взрослых людей эти факторы, без сомнения, остаются крайне важными.[13] Анна Фрейд приводит пример (на стр. 70 ‑ 71), прекрасно иллюстрирующий, по ее мнению, слабость и зависимость потребности в идеальном «Я» у ребенка. Речь идет о мальчике в препубертатном возрасте. Он обнаружил, что если у него возникала непреодолимая тяга к воровству, единственное, что могло помешать ему осуществить кражу, ‑ это страх перед собственным отцом. Для Анны Фрейд этот факт служит доказательством, что отец, поскольку он все еще жив и присутствует в жизни ребенка, все еще мог подменять собой Супер‑Эго. Что касается меня, полагаю, что у взрослых мы обнаруживаем зачастую абсолютно такие же образования, обязанные своим происхождением Супер‑Эго. Не так уж мало людей, которые (нередко в течение всей своей жизни) способны контролировать свои антисоциальные побуждения в конечном итоге только благодаря наличию страха перед «отцом», проявляющимся под видом различных инстанций: в образе полиции, закона, угрозы потери социального статуса и т.п. То же самое справедливо и для «двойной морали», которую Анна Фрейд обнаруживает у детей. Дети ‑ не единственные, кто использует один нравственный код в общении с внешним миром, а другой для «внутреннего пользования», используемый в общении с близкими людьми. Многие взрослые ведут себя именно так и принимают одни установки, когда находятся одни или среди равных, и совсем другие, взаимодействуя с вышестоящими лицами или незнакомцами. Мне кажется, что причины подобных разногласий между мной и Анной Фрейд по этому очень важному пункту сводятся к тому, как мы обе трактуем действие Супер‑Эго. Я понимаю его (в полном соответствии с исследованиями Фрейда о формировании Супер‑Эго), как некую способность или свойство, приобретаемое благодаря развитию комплекса Эдипа через интроекцию эдипальных объектов, которое после заката Эдипова комплекса приобретает постоянную и неизменяемую форму. Как я уже объяснила, эта способность по ходу своей эволюции и тем более после окончательного формирования принципиально отличается от свойств реальных объектов, от которых она ведет свое происхождение. Безусловно, дети (как, впрочем, и некоторые взрослые) создают всевозможные идеальные образы «Я», организуя таким образом развитие различных «Супер‑Эго», но само собой, это происходит в гораздо более поверхностных слоях, а в своей глубине уникальное природное Супер‑Эго прочно укоренено и остается неизменным. Супер‑Эго, о котором Анна Фрейд думает, что оно все еще проявляется через личности родителей, отнюдь не идентично этому внутреннему Супер‑Эго в подлинном смысле термина, хотя я и не оспариваю его действие в ней самой. Если мы хотим проникнуть к подлинному Супер‑Эго, ослабить его давление или воздействовать на него определенным образом, единственное средство, каким мы располагаем, ‑ это психоанализ. Я подразумеваю анализ, который во всей полноте исследует развитие Эдипова комплекса и структуру Супер‑Эго. — 27 —
|