Храм

После обеда Н взял долото и молоток — и пошел в храм. Промерил квадрат с обгорелыми остатками дерева. Квадрат точно совпадал с сечением креста. Значит, если снять рубанком с каждой грани креста 7–8 миллиметров, то будет в самый раз: и крест войдет без труда, и скрепляющий раствор получит достаточно свободы, чтобы обнять комель в последнем каменеющем усилии.

Как Н и ожидал, вырубать долотом остатки прежнего креста было непросто. Обгорелый слой оказался тонким; дальше пошел цельный дуб, как понял Н — пропитанный какой-то гадостью. Долото не врезалось, а вминалось в дерево; каждая отнятая у него щепочка воспринималась, как победа. Долото быстро тупилось (конечно, это была не немецкая сталь, а какая-нибудь польская дрянь с ворованным брендом), но Н не испытывал досады от того, что ходил к точилу. Это время он употреблял на восстановление душевного равновесия. Не дергайся, говорил он себе. Это всего лишь дурная работа, обычный рабский труд. Ее ты не облегчишь и не сделаешь интересной своею хваленой интуицией. Ее нужно просто сделать. Ну — не интересно, признаю. Вот если б стоял вопрос: кто кого, тогда другое дело. Но тут нет борьбы; и победитель известен изначально. Поэтому придумай интерес...

Это примитивное рассуждение рассмешило Н. Зачем придумывать то, что уже есть? Интерес был, он был всегда, только он был немного дальше. Ты не ковыряешься в окаменелом дереве, напомнил себе Н, ты строишь храм. Это было просто и удивительно, как пробуждение. Ты строишь храм, ты строишь храм...

Наверное, он действительно устал, потому что уже не замечал ничего вокруг, и не видел, что к нему подходил Искендер. Когда Искендер возвратился, в его руках была тяжелая дрель с длинным сверлом для дерева.

— Шеф, — сказал Искендер, — на какую глубину вы так увлеченно пробиваетесь?

Н поднял голову, все понял и улыбнулся. И показал на ленте рулетки: полметра.

Искендер пометил на сверле.

— Подвиньтесь...

Дрель была мощной, но Искендеру пришлось навалиться всем телом, чтобы сверло зацепилось и стало погружаться в дерево. Когда из-под сверла появился дымок, Искендер вытянул его и макнул в заготовленное ведро с водой. Вода зашипела.

— Со своим дерьмовым долотом вы бы тут горбатились до завтра, — сказал Искендер.

Вторая и третья дырки дались ему так же трудно, а потом дело пошло веселей. Утратив цельность, структура дерева прямо на глазах теряла способность к сопротивлению. Какие-то десять минут — и нет проблемы. Оставалось подчистить стенки и углы. Тоже не подарок: в узком пространстве пристроиться было непросто, а чем глубже — тем сложней...