|
И в отношении к Богу первое требование правды состоит в наивысшей степени уважения, то есть в богопочитании, которое есть вместе выражение благодарности за дарованные блага. Но к этому присоединяются основные христианские добродетели, составляющие определение правды в отношении к абсолютному началу всего сущего. Эти добродетели суть вера, надежда и любовь. Вера есть выражение мудрости, ибо Абсолютное постигается только разумом; но в религии это начало не остаётся отвлечённым понятием, как в философии: оно проникает всё существо человека и порождает в нём непоколебимую уверенность в присутствии Верховного Существа и в попечении Его о людях. На этом основана и надежда, составляющая неисчерпаемый источник мужества. Только в ней бренный человек может обрести достаточно твердости, чтобы переносить все обуревающие его невзгоды. Наконец, всё это завершается высшей из всех добродетелей, любовью, которая побуждает человека стремиться к живому единению с указанным ему разумом Абсолютным началом бытия. Любовь к Богу даёт и высшее значение любви к ближнему. Возведённая к верховному источнику нравственного закона, любовь является всеобъемлющим чувством, проникающим и оживляющим всё нравственное естество человека. Как чувство, она распространяется на все чувствующие существа, даже на низшие твари, лишённые разума. Если, с одной стороны, отношение к Богу расширяет нравственное сознание, вознося его к Существу, стоящему бесконечно выше человека, то, с другой стороны, область нравственных отношений расширяется любовью к существам, стоящим несравненно ниже. К последним неприложимо требование уважения. Как неразумные существа, они составляют не цель, а средство. Поэтому человек вправе употреблять их на свои нужды. Они доставляют ему пищу, орудия, материалы для изделий. В этом состоит высшее назначение их в мироздании. Неразумное должно служить средством для разумных существ, которые одни носят в себе сознание Абсолютного. Поэтому поставление их на один уровень с человеком и подведение их под один и тот же закон есть извращение нравственных требований. Воздержание от животной пищи, для употребления которой природа дала человеку нужные орудия, имеет значение только там, где не признаётся различие между душой животных и душой человека и где допускается возможность превращения одной в другую. Эти представления принадлежат к области натуралистических верований; они отпадают с высшим развитием философского и религиозного сознания. Однако и последнее в отношении с животным признаёт расширение сочувствия; поэтому оно воспрещает причинение им ненужных страданий. Жестокое обращение с животными есть выражение злого чувства в самом человеке. — 114 —
|