Человеческие качества

92

нас все плотнее сжимаются тиски гораздо более грозной, всемирной глобальной проблематики. Правительства же п нынешние международные организации оказываются аб­солютно неспособными достаточно гибко реагировать на сложившееся положение. Сама их структура как будто специально создана таким образом, чтобы решать исклю­чительно узкие, секторальные проблемы и оставаться со­вершенно нечувствительной к общим, глобальным. Они будто окружены непроницаемой стеной, сквозь которую даже не доносятся отзвуки разыгрывающихся бурь; более того, их бюрократический аппарат оказывает упорное со­противление любым попыткам отреагировать, он букваль­но заворожен массой неотложных задач и при этом, ко­нечно, не видит гораздо более страшных, хотя, несомнен­но, отдаленных во времени бед.

Чем яснее представлял я себе все эти угрожающие че­ловечеству опасности, тем больше убеждался в необходи­мости предпринять какие-то решительные меры, пока еще не стало слишком поздно. Один я мог сделать мало, тогда я решил создать небольшой круг единомышленников, с ко­торыми можно было бы вместе подумать о том, как сфор­мулировать эти волновавшие не только меня мировые проблемы и предложить новые подходы к их изучению.

2. Удивительное рождение клуба

Я все искал подходящих сподвижников, с которыми мог бы приступить к осуществлению этого донкихотского проекта, как вдруг сам случай неожиданно свел меня с ними. В 1967 году я окольными путями вышел на гене­рального директора по вопросам науки ОЭСР1 Александра Кинга. «Все началось с того, — рассказывал мне потом Кинг, — что один мой коллега, ученый из Советского Союза, листая журнал в ожидании самолета в одном из аэропортов, случайно наткнулся на статью о выступлении Аурелио Печчен па конференции промышленников в Буэнос-Айресе. Заинтересовавшись прочитанным, он по­слал мне в ОЭСР этот номер журнала с краткой припис­кой «над этим стоит поразмыслить». Я тогда впервые

1 ОЭСР — Организация по экономическому сотрудничеству и развитию, расположена в Париже. — Прим. авт.

93

услышал имя Печчеи, и оно мне ничего не говорило. Я навел о нем справки и немедленно написал, предложив встретиться. А примерно через неделю уже состоялся наш первый разговор».

Алекс Кинг и я поняли друг друга с первого слова. Человек редкой культуры, он сочетает в себе солидное образование с ясными суждениями и умеренными взгля­дами. Опыт его практической деятельности чрезвычайно широк и разнообразен, он прекрасно разбирается в вопро­сах политики, образования, науки и техники и в то же время живо интересуется проблемой взаимозависимости технических, экономических, человеческих и этических элементов общества во всей их целостности. Он считает, что необходимо коренным образом перестроить наши ин­ституты, поскольку все они построены по вертикальному принципу, в то время как распространение самих проблем носит скорее горизонтальный характер. Здоровый опти­мист по природе, он становится еще большим пессимис­том, чем я, когда критикует человечество и связывает со свойственным человеку эгоизмом почти все основные при­чины переживаемых ныне затруднений.