|
У Куманина, как у любого оперативника, была при себе целая коллекция различных удостоверений, включая и милицейское, но он решил не хитрить, а сразу пойти с главного козыря: — Я из Комитета, — и протянул директрисе удостоверение. Лицо Алевтины Федоровны пошло пятнами: — Шестакова уже до комитета добралась. Интересно. Из-за этих вечных склок, товарищ майор, работать некогда, детьми некогда заниматься. Весь день приходится объяснения писать в разные инстанции. — Сочувствую, — сказал Куманин, — но согласитесь, когда дети исчезают средь бела дня, это ненормально. — Что значит «средь бела дня»? — вспыхнула директриса. — Ребенок был не совсем нормальным. У нас есть медицинское заключение. Для такой категории детей дошкольного возраста существуют специальные интернаты, которые, как и наш, переполнены. Мы взяли мальчика временно, и, как только освободилось место в Вологде, направили его туда. А что там было до меня, при прежнем директоре, я не в курсе. — Но ребенок до Вологды почему-то не доехал, — прервал ее Куманин. — Не знаете, почему? — И знать не хочу, — зло сказала Алевтина Ивановна. — Я отправила, Вологда приняла. У меня у самой дел невпроворот. Она помолчала, а потом спросила: — Что вам еще Шестакова наговорила? — Мне кажется, — подсказал Куманин, — что лучше вызвать Шестакову сюда, выслушать ее и во всем разобраться наконец. Куманин сказал это в надежде выведать у директрисы, где Надя находится, но ошибся. Директриса подошла к дверям своего кабинета, приоткрыла их и крикнула в приемную: — Лена, вызовите ко мне Надежду Николаевну Шестакову. Срочно. Белобрысая голова очень быстро просунулась в дверь и доложила: — Алевтина Ивановна, Надежды Николаевны нет на отделении. — А где она? — спросила директриса. — Куда ушла? — Говорят, с утра не было, — сказала секретарша, — не приходила вообще. Там только нянечки и санитарка. — Бегает, наверное, со своими жалобами, — зло проговорила Алевтина Ивановна. — Вот выгоню ее по статье за прогул. Разве можно детей бросать на весь день без педиатра? — А она разве педиатр? — спросил Куманин. — Я полагал, что она воспитательница. — Педиатр, — неохотно подтвердила директриса. — Закончила год назад медицинский без отрыва от производства. Но все равно я ее выгоню, если будет продолжать склочничать. И местком меня поддержит. — Простите, — сказал Куманин. — Я пришел сюда вовсе не для того, чтобы вмешиваться в ваши трудовые конфликты с подчиненными. Хочу разобраться с пропажей ребенка и поставить на нем точку, не доводя снова до прокуратуры и официального следствия. Возможно, что Надежда Николаевна действительно излишне впечатлительный человек, а потому, может быть, вы ответите мне на несколько вопросов. — 73 —
|