|
— Камская, 24. — На Смоленское, что ли? — спросил шофер. Куманин не понял, но кивнул. Разговаривать не хотелось. Проехали Невский, проскочили мосты, откуда Куманин мог любоваться архитектурными красотами колыбели трех революций, свернули на набережную, потом еще куда-то, и вскоре «Волга» остановилась на невзрачной улице. Справа к небольшой речке спускался заросший травой берег и возвышались руины церкви, не потерявшей даже в таком виде своей воздушной красоты. Прямо была стена с арочными воротами, у которых маячил милиционер. — Приехали, — сказал шофер, — вот оно. — И он указал рукой в сторону арки. — Что оно? — не понял Куманин. — Кладбище, — ответил шофер, — как вы сказали, Смоленское, Камская,24. — Вы не ошиблись? — спросил Куманин, чувствуя, как его снова начал бить озноб. — Какая же может быть ошибка, — удивился таксист. — Я же вас спрашивал. Куманин растеряно молчал. — Командир, — нетерпеливо спросил шофер, — куда теперь поедем? Или здесь будем стоять? Молча расплатившись, Куманин вылез из машины. Он оглянулся по сторонам и направился к стоявшему у арки кладбищенских ворот милиционеру. Здесь нет поблизости санатория или дома отдыха? — спросил Куманин постового. Тот недоуменно пожал плечами. — Не знаю, вроде нет. Дома отдыха дальше через Неву, на островах. — А это, — Куманин показал рукой в сторону кладбища, — Камская улица, дом 24? — Точно, — подтвердил милиционер. Сергей прошел под арку, обратив внимание на мемориальную доску, где говорилось, что на территории кладбища похоронена няня Пушкина — Арина Родионовна. Но где точно находится ее могила, неизвестно. Справа перед Куманиным открылась старинная кладбищенская церковь, пятикупольная, с колокольней, слева от нее стояла маленькая часовня, еще забранная реставрационными лесами. Из дверей церкви выходил народ. Старушки в платочках, обернувшись, быстро крестились на церковь или часовню и растекались по своим делам. Впереди зеленело деревьями и кустами само кладбище, возраст которого, видимо, был очень почтенным, если на нем успели похоронить и потерять Арину Родионовну. Что делать дальше, Куманин не знал. Оставалось проверить номер телефона, по которому он звонил из Москвы. Это оказалось сделать легко, поскольку номер был указан на рекламном щите у входа на кладбище. Сомневаться не приходилось — он разговаривал с дежурным милиционером из охраны кладбища, поэтому таким странным разговор и получился. — 256 —
|