Когнитивная наука. Основы психологии познания. В 2-х томах. Том I

-60 -

О 100300500300500700

Асинхронность предъяштения преднастроечной информации, мс

Рис. 4.14. Эффекты проигрыша и выигрыша в задачах узнавания букв (А) и лексическо­го решения (Б).

В известной работе, проведенной с помощью данного метода, Дж. Нили (Neely, 1977) продемонстрировал влияние семантической предна-стройки на время реакции в задаче лексического выбора, когда испы­туемый должен определить, является ли предъявленная ему последо­вательность букв словом — например, «дятел» или «теляд» (см. 4.1.2). Показу тестовой последовательности предшествовало предъявление с различной асинхронностью слова, которое обычно (80% случаев) было названием соответствующей категории («птица»), но иногда (20%) мог­ло обозначать совсем другую категорию (например, «мебель»). Как вид­но из рис. 4.14Б, и здесь также присутствует фаза быстрой, 250—350 мс, автоматической обработки, в течение которой ложная предынструкция неэффективна. Затем эффекты семантической активации начинают до­полняться тормозящим влиянием контекста, возникающим, как пола­гает автор, в результате произвольного сдвига внимания в ошибочно указанную область семантической памяти. Эта интерпретация под­тверждается данными, полученными при произвольном кодировании предынструкции (например, «птица» всегда означала «мебель»). Если при этом тестовое слово неожиданно оказывалось из первой, привыч­ной категории («ворона»), то до задержек примерно 400 мс все равно наблюдалось ускорение реакций, которое затем сменялось торможени­ем, очевидно, обусловленным сознательным учетом введенного ранее произвольного соответствия (центральная кривая на рис. 4.14Б).

308

Подход Познера и Снайдера возник в период расцвета энергетичес­ких моделей (см. 4.2.2) и, казалось бы, подтверждает существование цен­трального резервуара ресурсов. Возникновение «проигрыша» при этом связывается с перераспределением ресурсов внимания. Но если это так, то развитие процессов торможения должно иметь генерализованный ха­рактер, замедляя обработку любой иррелевантной информации — ведь резервуар един для разных задач. Это предположение поставили под со­мнение последующие работы, проведенные с помощью той же методики. Например, в одном из экспериментов (McLean & Shulman, 1978) испыту­емые должны были в основной задаче (она повторяла задачу Познера и Снайдера) после соответствующей предынструкции сравнивать буквы. Иногда им неожиданно предъявлялся звуковой сигнал, на который нуж­но было дать быстрый двигательный ответ. Хотя с увеличением време­ни, прошедшего с момента показа предынструкции, «проигрыш» в ос­новной задаче возрастает (ср. рис. 4.14А), интерференция двух разных задач падает — латентное время простой двигательной реакции на ирре-левантный сигнал уменьшается. Таким образом, в основе «проигрыша» лежат достаточно специфичные изменения, которые нельзя описать просто как результат перераспределения центрального пула ресурсов. Очевидно, что внимание в этих экспериментах — это не луч прожекто­ра, указывающий потоку ресурсов сенсорный канал или место в семан­тической памяти, а процесс формирования нового ответа (действия). По мере его завершения появляется возможность перейти к решению дру­гих задач (см. 5.4.2).