|
Одновременность процессов интеграции и дифференциации рассматривается обоими теоретиками как наиболее конструктивное решение проблемы существования двух противоборствующих сил; той же самой идеи придерживался и Ранк. Этот процесс, который сторонники теорий самореализации обычно называют психологическим ростом, делая на нем основной акцент, в рамках модели конфликта представляется слишком оптимистичным. Очевидно, что приверженцы интрапсихической версии модели конфликта рассматривают наиболее совершенную форму бытия преимущественно как процесс развития, а не как заранее заданный и защитный по своей природе (что характерно для модели психосоциального конфликта). Процесс одновременной дифференциации и интеграции не предполагает искажения реальности и вытеснения каких-то событий и явлений из сферы сознания. Действительно, Ранк, Ангьял и Бейкан кажутся столь оптимистично настроенными относительно конструктивности человеческой жизни, что вы вполне можете задаться вопросом, есть ли здесь вообще какой-то компромисс. И все же я еще раз подчеркну, что они считают одновременную интеграцию и дифференциацию проявлением компромисса, поскольку это лучшее, что может быть достигнуто, учитывая исходный акцент на неразрешимый, интенсивный конфликт, лежащий в основе развития личности. Основополагающее положение всех теорий конфликта, будь он интрапсихический или психосоциальный, сводится к тому, что личность – это дом, навечно расколотый надвое! Чтобы вы убедились в том, что одновременная дифференциация и интеграция представляют компромисс двух противоборствующих сил, вернемся ненадолго к позиции Ранка. В соответствии с его теорией, личность, хотя и ориентирована на редукцию напряжения, связанного со страхом жизни и смерти, никогда полностью свою цель не реализует. На человека постоянно давит как страх смерти, так и страх жизни, поскольку ни полная дифференциация, ни полная интеграция не могут быть достигнуты. Необходимо наличие баланса дифференциации и интеграции. Следовательно, личность должна смириться с определенным страхом смерти даже в том случае, если она способна наиболее конструктивным образом решить проблему своего расколотого существа. Ангьял и Бейкан в своих теориях не придают особого значения страху, хотя надо отметить, что его имплицитность ими, безусловно, признается. Хотя они никогда не постулировали наличие страхов сепарации и единения, ряд их рассуждений и примеров вполне согласуется с предположением о том, что их позиция не слишком существенно отличается от позиции Ранка. Подводя итог, можно сказать, что сторонники теории интрапсихического конфликта кажутся более оптимистично настроенными, чем сторонники чисто психосоциальной модели конфликта, делая акцент на росте и развитии и преуменьшая значение защитных механизмов. И тем не менее теории интрапсихического конфликта предполагают, что наиболее совершенная форма жизни – это компромисс, одним из аспектов которого является непрекращающееся существование страха. Как вы увидите в следующей главе, акцент на интеграцию и дифференциацию, который делается в теориях самореализации, не предполагает существования такого страха. — 71 —
|