|
Затем, Что с князем торг не удался – придется Мне в кабалу идти; так пусть один Я пропаду, безвинного ж очищу. Фома Нет, в этом нас ты не уверишь? Нет, Боярин Глеб! Из нас бы кто охотно Твоих долгов не заплатил? Не нужно Тебе от князя было брать. Нет, нет! Я сам моих достатков половину Тебе бы с радостию дал. Тяжеле, Я чай, врагу продаться, чем услугу От своего в беде принять. Посадник От черта Скорее бы услугу принял я, Чем от мерзящей гадины такой, От гнусного такого подлеца, Продажного предателя и вора, Каков есть ты! Жирох Вы слышите его? Вы слышите? Воистину, к лицу Ему еще предателем ругаться! Говор между боярами – Чрез меру горд! – Таков он был всегда! – А совесть в нем таки заговорила! – Сам назвался! – Что вы, побойтесь бога, Он чист как день! Не он, не он нас продал! – Не может быть! – А почему ж и нет? – Долги кого на грех не наводили? – Да черт не шутит! Чермный Новгород Великий! Когда вы мне не верите, когда Вы вашими не видите глазами, Что на себя наклеп посадник держит – Велите крест ему поцеловать В своих словах. Кривцевич Ну, что ж, и поцелует! Что крест ему? Чтоб выручить тебя, Побочного, что ль, сына своего, Не морщася, он поцелует крест. Известно, нам, не верует он в бога! Вчера еще боярыне Мамелфе Он говорил… Один из бояр То правда – от нее Я слышал сам. Другой Я также. Третий Тож и я! Один из народа Слышь, братцы! Глеб не верит в бога! Другой Стало, Изменщик он? Третий Изменщик, стало быть! Четвертый Так, значит, нам не Чермного, а Глеба Теперь топить? Пятый А то кого ж еще? Хватай его – иди! Четвертый Ступай ты прежде, Я за тобой! Пятый Что ж ты? Небось полез На Чермного? Четвертый То Чермный был, а этот, Вишь, как глядит. Пятый Так кинемся все вместе! Ребята! Глеб не верит в бога! Глеб У воеводы ключ стащил! Низовым За деньги продал Новгород! Пойдем Его топить! Крики Да! В Волхов, в Волхов Глеба! Топить его! А после грабить дом! Ну, навались! Народ бросается к лобному месту; бояре его оттесняют. Крики в глубине площади Свет Глеб Мироныч! Небось! Тебя в обиду не дадим! Твои мы уличане! За тебя Одни на целый Новгород полезем! Отец ты наш! Жирох Гоните этих прочь! То уличане подошли его, Редятинцы, которых он кормил; — 236 —
|