Мировая астрология

Что до использования мунданной астрологии, то оно было расширено английским францисканцем Роджером Бэконом, которого многие считают отцом научной мысли. Бэкон был значительно сильнее привержен астрологии, чем Аквинский, и верил, что войн можно избежать, если внимательно использовать мунданную астрологию. Он писал, что церковь должна использовать астрологию, чтобы предсказать пришествие антихриста и чтобы не быть побежденной искусством астрологов Татарской империи[96].

Некоторые из этих великих ученых были также практикующими астрологами. Один из самых ранних переводчиков арабской астрологии, ученый двенадцатого века Джон из Испании был первым, о ком сообщалось как о специалисте-практике[97]. Аделард из Бата, видимо, использовался в 1140-е годы в качестве астролога Генрихом II Английским[98], а сам Генрих обучался у астролога Вильяма из Конше[99]. Другой ранний переводчик одиннадцатого столетия, Константин Африканус, был на службе у норманского герцога Роберта Жискара Сицилийского, хотя мы не можем с уверенностью сказать, какую часть времени он уделял астрологии, поскольку, как и в случае многих других людей, состоявших на королевской службе в то время, литературные способности делали его полезным во многих сферах придворной жизни[100]. Одним из первых ученых, о которых известно, что он служил придворным астрологом, был Майкл Скот, который в начале тринадцатого столетия служил в качестве астролога священному римскому императору Фридриху II[101]. О существовании в то время частных практиков мы имеем только несколько намеков. Пьер Абеляр, основатель схоластической теологии, имел в виду существование астрологической практики около 1100 года, когда обсуждал степень успешности предсказаний[102], а в конце двенадцатого столетия, видимо, существовала астрологическая практика в средиземноморских областях Италии, Франции и Испании[103]. Она, видимо, специализировалась на других ветвях астрологии — натальной, хорарной и элективной — обслуживая купцов и моряков в новых городах.

По большей части, однако, астрология с одиннадцатого по четырнадцатое столетия практиковалась при дворах и, за исключением медицинских применений, имела "мунданный" характер. Работа схоластов-теологов и глубокий интерес к ней со стороны многих духовных лиц, особенно монахов, подготовили интеллектуальную почву, и мы видим астрологию, занявшую важное место при крупнейших дворах папы, Франции и Священной Римской империи.

В число королей-энтузиастов астрологии входили все французские короли от Карла IV до Людовика XIII, большая часть священных римских императоров, в том числе Венцеслаус ("славный король Венцеслаус") и Карл V, Альфонсо X Кастильский, Ричард II, Генрих VII и VIII Английские и король Венгрии Матиаш. Карл V Французский даже открыл факультет в Парижском университете, чтобы способствовать изучению астрологии[104]. Основание факультета было утверждено папой, хотя, может быть, это и не было необходимым, поскольку специальным законодательным актом от 1215 года астрология была определена как один из предметов университетского обучения.