|
Но жизнь в Арле оказалась дороже, чем ожидал Винсент. «Я использую неимоверное количество красок и холстов, надеясь в то же время, что это не бессмысленная трата денег, — писал он Тео. — Надеюсь, что однажды я смогу отблагодарить тебя за все годы поддержки». Он предложил Тео, чтобы больной Гоген, который работал в Бретани и был без копейки денег, приехал к нему. Пребывание Гогена в Арле оплачивал бы Тео в обмен на его картины. Так вдвоем они основали бы «братство художников». В радостном предвкушении приезда друга Ван Гог пишет Тео: «Поскольку я надеюсь жить с Гогеном в собственной студии, мне хотелось бы украсить стены. На них не будет ничего, кроме огромных подсолнухов... Если я осуществлю этот план, то на них будут десятки панно с подсолнухами. Все это станет единой симфонией желтого и голубого. Я работаю над этим каждое утро, начиная с восхода солнца, потому что цветы быстро вянут и важно сделать все на одном дыхании». Хотя подсолнухи не считаются его лучшими картинами, они стали наиболее популярными. Гоген приехал в октябре 1888 года, но братство, о котором мечтал Ван Гог, не состоялось. Они яростно спорили, вместе выпивали и посещали местный бордель, в котором Винсенту понравилась девушка со смеющимися глазами, которая назвала его «Фу-Ру» (рыжий дурак). Гоген писал позднее: «... между двумя личностями, его и моей, одна из которых была подобна вулкану, а другая — клокочущей под земной корой лаве, назревала решительная схватка». 23 декабря 1888 года, по словам Гогена, они сильно поссорились и Ван Гог запустил в него бокалом с абсентом. Он становился все более и более возбужденным и стал преследовать Гогена по улицам с открытой бритвой. Гоген остановил его. Винсент вернулся домой, отрезал большую часть своего уха (это было около 8 часов вечера), вымыл его, завернул в бумагу и отнес в бордель девушке со смеющимися глазами. Потом он вернулся домой, где и был найден утром в коматозном состоянии. Его отвезли в местную больницу, где он пробыл две недели. Выйдя из больницы, он вернулся к живописи, работая в неистовом порыве изнурительного напряжения и останавливаясь, только чтобы поесть и немного поспать. Через месяц он опять оказался в больнице. Вскоре после того, как он вышел из больницы во второй раз, 30 горожан подали петицию мэру с просьбой изолировать его. Ван Гог писал: «Если я не сдержал свои эмоции, то должен считаться опасным безумцем. Доктор считает, что кризис был вызван слишком большим количеством кофе, алкоголя и табака и слишком малым количеством пищи. Я допускаю все это, но так же верно то, что для того, чтобы добиться того желтого тона, которого я добился прошлым летом, я действительно должен был быть достаточно взвинченным... Думаю, что я искренне могу принять роль сумасшедшего». — 98 —
|