|
К тому же, не вмешиваясь в течение беременности Вашей суррогатной мамы и постоянно не общаясь с ней лично, Вам трудно учесть все негативные факторы, испытываемые женщиной в своей семье. Описаны случаи, когда мужья-алкоголики издевались над своими беременными не от них женами, избивали их, устраивали всевозможные потасовки, семейные баталии и скандалы, конечно же не задумываясь о том, как это может отразиться в дальнейшем на психике ребенка, тем более чужого, материальному достатку будущих родителей которого они безумно завидовали. Кроме того, психологическая защита женщины, вынашивающей чужого малыша, проявляется в виде бесчувствия, которое может передаться «по наследству» ребенку, ведь только «снежные королевы» способны расстаться с «частичкой себя», живущей в унисон с мамой-немамой целых десять лунных месяцев. А если не будет вынужденного бесчувствия, начнутся драмы суррогатного материнства, и особенно когда нанятая сурмама – и в самом деле генетическая мать новорожденного. Такая самая знаменитая драма произошла в 1988 году в Нью-Джерси, когда ставшая известной после этого случая суррогатная мама Мэри Бет Уайтхед-Гоулд, являющаяся генетической матерью проданного ею ребенка, не нашла в себе сил расстаться с новорожденным и сбежала с ним вместе во Флориду, но частные детективы, нанятые родителями-заказчиками, разыскали сурмаму с младенцем. Этот случай, названный как случай «Бэби М», стал всемирно известен из-за громкого процесса в Верховном суде штата Нью-Джерси. Суд пошел навстречу прозревшей вдруг генетической матери, заключившей контракт на суррогатное материнство, по которому она выполняла лишь роль бесчувственной сурмамы-инкубатора, и восстановил ее в родительских правах, признав генетической матерью ребенка. Однако новорожденного оставили в семье родителей-заказчиков, правда, с условием, чтобы эта семья разрешила генетической матери навещать младенца. Но случай «Бэби М» – не единичный. И хотя этот случай привел отчаявшуюся женщину на скамью подсудимых, по моему мнению, это случай проснувшейся человечности, выхода человеческого сознания из состояния парабиоза, торжества материнского инстинкта, который не покупается и не продается. Безусловно, зародыш, имеющий генетический материал суррогатной матери, ближе ей, чем зародыш от посторонних людей. Но и этот будущий младенец не опален материнской любовью, развиваясь в ее организме. Однако сурмама должна отвергнуть своего кровного малыша, не успев привязаться к нему, хотя бы ради вознаграждения по контракту, а это – предательство. Сознание такой матери раздвоено из-за ее странного статуса не матери и не жены, а законной соучастницы вынужденной измены, матери, носящей под своим сердцем собственного ребенка, собственного, но не своего. И поэтому девять месяцев ожидания для такой женщины превращаются в своеобразную копилку противоречивых, в основном негативных чувств, раздирающих душу, и особенно в тех случаях, если генетический отец ребенка, с которым ей пришлось пережить «контрактную» близость, пусть даже и виртуальную, а не реальную, близость – в пробирке, чем-то ей приглянулся или стал вдруг объектом эротических снов и фантазий. В общем, такому зародышу не позавидуешь – преданный, проданный и нелюбимый. И не о самой сладкой судьбе его после рождения можно нам только догадываться. — 370 —
|